Но с тех пор прошло несколько месяцев, малыш успел подрасти и теперь весил значительно больше.

О, как же ей хотелось ворваться в спальню к Баграту, вручить ему сына и сказать: «Хотел нянчиться, так нянчись! Чего дрыхнешь, скотина такая?»

Возможно, она так и сделала бы, наплевав на собственные принципы и нежелание просить у него помощи. Но Паша вчера наглядно показал, что Баграт ему не нравится. Стоило ему приблизиться к сыну, как тот заходился плачем. Толку с его помощи не будет, еще больше расстроит ребенка.

К трем часам Паша успокоился, уснул."

"Милана аккуратно положила его в кроватку, улеглась на постель рядом. С полчаса подремала, и снова резко проснулась от детского плача.

Веселье продолжалось несколько часов к ряду. И за все это время Баграт даже ни разу не вышел из своей спальни поинтересоваться, что происходит. Неужели не слышал плача за плотно закрытой дверью?

«Это же надо так самозабвенно дрыхнуть!» – думала Милана зло и желала ему страшных кошмаров.

Ей удалось как следует усыпить сына лишь в полседьмого утра.

Вымотанная морально и физически, Милана уложила его в кроватку и на цыпочках вышла из комнаты. Сходила в душ, чтобы хоть немного прийти в себя. Завернулась в пушистый желтый халат, который по счастью догадалась захватить с собой, и пошла на кухню.

Борясь с усталостью, она налила себе чаю и достала телефон.

Вчера он еще работал, хотя пережил столкновение со стеной, когда Баграт швырнул его. А вот сегодня не хотел нормально загружаться, несмотря на то, Милана всю ночь продержала его на подзарядке.

– Давай, давай… – уговаривала она мобильный.

Ей не терпелось пообщаться с Кирой, надеялась, что сестра уже в зоне доступа.

Милана теперь была совсем не уверена, что Левон сможет вразумить своего психа–братца, но не могла не попытаться.

Телефон все не хотел загружаться. Милана нажала на кнопку перезагрузки и отложила мобильный. Откинулась на спинку стула, прикрыла глаза и, кажется, на секунду задремала.

Вздрогнула, услышав возле себя шаги. Оглянулась и увидела Баграта.

– О, ты уже проснулась? – бодрым голосом спросил он. – Жаворонок, да?

– Ага… – простонала Милана.

Мысленно тут же стала прикидывать, что он ей сделает, если она запустит в него чашку с чаем. Хорошо бы попасть в голову.

– А где Пашенька? – спросил он с веселостью. – Я хотел с ним полчаса поиграть перед работой.

– Он спит, – ответила она, усиленно давя в себе злость.

– Какой умница, у ребенка молодецкий сон, – подметил Баграт с довольным видом.

Как ни в чем не бывало сел за стол, сделал несколько бутербродов с икрой и предложил Милане:

– Будешь?

С таким невинным видом предложил, будто это и вправду нормально – вынудить ее шантажом приехать в его квартиру после того, как посмел украсть ее малыша.