Втроем они встали дугой, флангами в нашу сторону, словно предлагали напасть и оказаться в ловушке. Затем прибыли остальные колесницы, включая украшенную золотом, на которой ехал командующий Джет. Он ненадолго остановился на верху склона, оценивая врага. Мои воины стояли в шесть шеренг, положив пики на землю. Египтяне должны знать о пиках, но то, о чем слышал, иногда сильно отличается от того, что видел. Надеюсь, Джета порадовало, что нас так мало."

"Дальше в долину спускались отряды союзников и располагались впереди египтян. Слуга должен знать свое место. Судя по флагам, сюда прибыли отряды из всех городов восточного берега Средиземного моря, начиная от Газы и заканчивая Угаритом. Среди них преобладали те, кто клялся мне в дружбе и верности. Теперь поклялись египтянам. Если выиграю сражение, опять полюбят меня.

Уже в сумерках в долину втянулся длинный обоз из арб, запряженных волами, вьючных мулов и ослов и большая отара баранов. Ветер был со стороны египтян, так что вскоре ночной воздух наполнился ароматами жареного мяса. К тому времени мои воины уже отужинали баранами, захваченными в Алалахе, поэтому реагировали спокойно. Поняв, что египтяне нападать сходу не будут, я разрешил своим воинам покинуть строй и заняться ужином. С пропитаем у нас все хорошо. В Алалахе захватили много скота и зерна, овощей и фруктов нового урожая. Специально для меня нагрузили полную арбу арбузов. Съесть так много за короткий срок я не способен, поэтому угощаю своих подчиненных. К моему удивлению, они не считают арбуз самой вкусной едой, предпочитают мясо. Дикари, что с них взять?!

Глава 97

Старый месяц, дотаивающий последние дни, появился сразу после захода солнца. Он не так ярок, как полная луна, но дает достаточно света, чтобы видеть крупные камни и не спотыкаться о них. Впереди меня идут два лучника, а позади — еще восемь их коллег и пять пращников. По моим подсчетам мы уже в тылу врага, который выставил два ряда охранения на поле и одну и очень редкую — на флангах. В тылу вообще никого нет. Только за пасущимся скотом приглядывают погонщики, которые сидят или лежат у костров. Мы проходим между ними и арбами, возле которых спят свободные от дежурства, занимаем позиции среди деревьев и кустов, чтобы быть не слишком заметными. Действуем молча и тихо. Каждый знает, какая у него задача и последовательность действий.

Я жду минут пятнадцать, убеждаюсь, что никому нет до нас дела, что рядом с нами все спят, после чего шепотом отдаю приказ:

— Начали.

Основная масса египтян расположилась в центре лагеря. На флангах их меньше, особенно на правом, за которым спрятались мы. Здесь египтяне разлеглись полосой метров двадцать-тридцать.