Девушка не расстроилась, она продолжает урчать ему на ушко, забыв о еде, а Авдеев удивленно пялится на меня.

Стакан с кефиром отодвигаю немного дальше от себя. Изящно беру в руки столовые приборы, начинаю разрезать сочное, запечённое в травах, белое куриное мясо. Ангелина, так зовут «прилипалу», тянет свои губы к щеке Макса, он пристально следит за мной, не замечая этого. Мой локоть дергается от возмущения соприкосновения ее губ и его щеки. Задевает стакан с кефиром. Он падает идеально! Ровно так, что белая густая жидкость стремится прямо на юбку Ангелины и цепляет заодно черные брюки Авдеева.

Они одновременно подскакивают со своих мест. Белые капли кефира на его ширинке прекрасны. Его убийственный взгляд сжигает меня прямо на табуретке под громкий ржач его друзей. Блондинка открывает рот, соображая, что же мне сказать такое обидное.

— Ой, — невозмутимо пожимаю плечами, — упало.

И не глядя больше на них, продолжаю есть.

Глава 17

Анна

Нет, вот что за упрямый, а! На следующем уроке он снова садится рядом со мной. На брюках отчетливо видно мокрое пятно, все движения резкие, на меня больше не смотрит, но плюхает свой рюкзак на парту.

Делаю вид, что сосредоточена на произведении, которое мы сегодня будем разбирать, и очень — очень стараюсь не то, чтобы не смеяться, даже не улыбаться. Есть подозрение, что меня убьют. По крайней мере, все тот же сжигающий все на своем пути взгляд со столовой пришел вместе с Авдеевым и стул подо мной скоро начнет дымиться.

Нам бы поговорить. Нормально, спокойно о том, что произошло. Только у него явно не то настроение, а я… Что я? Почему я? Я вообще девочка! А он мог бы написать!

Так и сопя друг на друга доживаем до конца занятий. Макс с парнями собираются перед выходом, по очереди выглядывают в окно и бурно переговариваются. У него подгорает еще сильнее. Сейчас точно будет пожар. При виде меня отворачивается. Становится еще обиднее. Подумаешь, кефир упал. Может я не специально?

Оглядываюсь, вижу ту самую блондинку, которая висла на Авдееве. Ее сощуренный взгляд обещает мне кровавую расправу с расчленением. Страшно, не могу!

Поймав мой ответный взгляд, ее запал резко исчезает, зато появляется максимально очаровательная улыбка, направленная на НЕГО. А он и рад, но почему-то, позволяя ей снова на себе повиснуть и даже приобнять за талию, пялится на меня.

Я вам что, картина в галерее? Чего вы все на меня смотрите?

Пожав плечами, выхожу на улицу и сразу вижу большую, лысую причину собрания парней в холле. Сложив на груди огромные руки, не менее огромный мужик стоит у входа, отсвечивая лысиной на солнышке. Полирует он ее что ли? Зато у его женщины точно не будет проблем с подарком на двадцать третье февраля. Можно смело вручать автомобильную полироль и тряпочку.