А Макар? Любит ли он меня или тот образ, который все еще хранит? Он ведь тоже изменился. Из короля университета, преуспевающего студента из богатой семьи он превратился в успешного взрослого, до одури красивого мужчину. Опасного мужчину. И опасность эта заключалась в подмене понятий. В подмене образов друг друга. Мы уже не те, что раньше. И хоть взрослый Ветров нравился мне едва ли не сильнее юного, я не могла позволить себе попробовать. Пробовать ураган слишком больно. Я помню.

Артем начал кричать с порога и имел на это полное право.

Нужно было наконец расставить точки: попробовать с чистого листа, без вранья или расстаться, отпустив друг друга и перестав мучить.

— Где ты была?! Где ты была, я спрашиваю?! Какого черта ты приперлась только утром?! — осознание, что впервые вижу его таким пронеслось вспышкой. От спокойного и уютного Темы не осталось и следа и сейчас лицо его исказила гримаса, которая заставила меня сделать шаг назад. Едва ли такое когда-нибудь со мной случалось.

— У Аланьевых, Тем, — я говорю как можно спокойнее, чтобы успокоить его, — Мы напились с Тасей вина и проснулись сегодня около двух часов дня.

Это чистая правда. Голова болела так, что Марку пришлось идти в аптеку за обезболом. Мы как раз поняли, что три — это много. Две. Вот наш предел. Две.

Лукашин немного выдохнул, запрокинул голову и скрипнул зубами. Такая разительная перемена испугала."

"— За руль не села, так что меня завезли ребята. Завтра придется тащиться за машиной вместо спорт зала. В последнее время мне что-то не до тренировок, — я продолжила рассказ, про себя отмечая, как лицо Лукашина расслабляется с каждой сказанной мною фразой.

Но и мне было что спросить. Ощутила, что сама как натянутая струна. Довела мужика. Мне нужно решить, что делать дальше и от ответа Артема зависел мой ответ.

— Зачем ты сказал Макару, что я едва не истекла кровью?

Мой прямой вопрос выдает меня с патрохами, и плевать. Надоело копошиться в болоте изо лжи. Там мерзко до трясучки.

— Ты была с ним, да? — лицо его багровеет, и он опасно приближается, однако я не в настроении играть.

Я попыталась помочь ему успокоиться, но манипулировать собой не позволю.

— Отвечай на вопрос, Лукашин. Какого черта Ветров считает, что у меня крыша поехала?! И почему я не знаю, что он приходил?!

Брата я могу понять. Если Макара встречал Влад, значит, тот уже жил с нами и что важно, знал мою историю от меня же. Или мама рассказала. Она хоть не посвящена в подробности, но мое состояние от нее явно не укрылось. Конечно, родители все видели и наверняка догадывались.