Ну… как… Периодически, я, конечно, вспоминаю некоторые моменты, — исключительно, чтобы заново переосмыслить, а не по какой бы там другой причине, — но каждый раз выбираю реальность фантазиям. В том числе прошлому, в котором меня растоптали, я выбираю спокойное настоящие. Так что этот вариант не подходит.

В книге значился еще один пункт. Снится может то, что человек никак не может отпустить. И этот пункт тоже мимо. Я забыла его! Давным-давно забыла! Кого его? Не помню, сколько не спрашивайте!

Раздраженно выдохнув, захлопываю крышку ноута, пихаю его в сумку и встав из-за стола, выхожу из кабинета, попутно кивнув ребятам.

Горгона куда-то вышла, и я встречаю её на первом этаже.

— У меня встреча, Вероника Матвеевна. Пришлось уйти пораньше.

— Ладно, Туманова, — окинув меня глазами-сканерами она указывает направление в сторону выхода. Большего мне и не нужно, — Арина! Завтра не опаздывай. Говорят, он очень придирчивый.

Дома предвещаю такое же веселье, как и в офисе, поэтому набираю Таю и пообещав подъехать в течении сорока минут, сажусь на водительского сидение теперь уже моего жука и потихонечку выезжаю с парковки.

Класс! Пока я даже никого не убила!

Оставив центр города за своей спиной, расслабляюсь. Сумасшедший поток движения я уже проехала, так что делаю музыку погромче и…

Я не знаю, как… Я вроде бы тормозила. Нет, ну точно на тормоз жала, а оно… черт! Чувствую, как меня колотит. Я попадала в аварию лишь раз и то, с Макаром Ветровым. Помню, что нервничала, тщетно стараясь взять себя в руки, хоть и не была тогда за рулем. И Ветров меня успокаивал… Наверное, испуг пробил в обороне брешь и воспоминания дымкой застилают разум, подбрасывая в мой обычно тлеющий костер дровишек, чтобы горело ясно-ясно и не погасло.

Зараза. Но сейчас я слишком взволнована, чтобы собраться, поэтому глядя прямо перед собой, на руль, словно видением, как именно он успокаивал меня.

— Черт! — сквозь зубы ругается он, — Не испугалась, Риша?

Макар тыкает кнопку аварийки и разворачивается ко мне всем корпусом, касаясь длинными пальцами щеки. Большой палец спускается на губы, нежно проходится по нижней и когда оставляет её в покое, целует. Пронзительно, сразу глубоко и сладко. Мужская рука зарывается в волосы, притягивая ближе.

Я отвечаю с чувством, мне тоже очень нужно это тепло и уверенность, что у нас все хорошо. Дыхание перехватывает, мурашки пробегают по телу, а от длительности и жара поцелуя начинаю подрагивать.

— Ты моя, Риша. Только ты. По-настоящему. Моя и точка, — шепчет он оторвавшись, сбиваясь на краткие поцелуи. Я лишь киваю, растворяясь в ощущениях, наслаждаясь моментом, пока нас не прерывает стук в окно.

Ветров нехотя отрывается от меня и прокашлявшись открывает водительскую дверь.