Утром я поднимаюсь рано, одновременно с Алешкой и родителями. Вместе толкаемся на маленькой кухне, по очереди ходим в ванную.

— Не забудь про врача, — шепчет мне брат перед уходом.

Вчера вечером я соврала ему, что по тесту беременности ничего не понятно, придется идти в больницу.

— Не забуду.

Я действительно вместо лекций собираюсь в студенческую поликлинику. Не затем, чтобы срок узнать, как велел Греховцев. Его я и так знаю. Хочу убедиться, что с беременностью все в порядке. Сделать все, как положено. Сдать анализы, сходить на узи.

— Дату последней менструации помнишь? — глядя поверх очков, спрашивает меня гинеколог.

— Нет… в конце июня.

— Сейчас сентябрь.

— Я в курсе.

Срок уже приличный. 9 недель. Первичный осмотр показал, что все в норме, только вот оказалось, что на учет тут не ставят. Придется идти в поликлинику по месту жительства.

Выхожу на улицу и вынимаю из кармана пальто телефон. Кручу в руках, раздумывая, набрать Кириллу сейчас или чуть позже, но потом вспоминаю, что у него еще раннее утро и решаю, что позвоню после лекций. В последний раз собираюсь ему соврать.

Но он пишет мне сам, когда я на третьей паре задумчиво разрисовываю поля тетради.

«Была в больнице?»

Нервничает. Задница подгорает? Ему эта беременность сейчас как камень на шею. Впереди красный диплом в столичном вузе, престижная работа, отношения с Кариной. И тут я такая с вопящим свертком. Прикольно.

«Была»

«И?»

«Можешь расслабить булки. Не твой бебик»

«Может, и беременности нет никакой?» — добавляет смеющийся смайлик.

Отличная шутка. Я люблю юмор. С удовольствием бы посмеялась с ним, если бы не сидела на первой парте.

«Может, и нет» — пишу с подмигивающим смайлом.

«Лживая Настя»

Иди к черту, любимый! Все «последствия» я возьму на себя, а ты можешь наслаждаться свободой и новыми отношениями. Проклинать не стану, но и в жизнь свою больше никогда не впущу.

Глава 18

Дома ожидаемо случается скандал. Мама кричит, папа вставляет в ее монолог редкие реплики и осуждающе качает головой. Алешка, стоя у двери в гостиной, насуплено молчит.

Потом мама уходит плакать в спальню, папа присоединяется к ней. Я закрываюсь у себя, а брат, как неприкаянный слоняется по дому. То и дело заглядывает ко мне, узнать, в порядке ли я.

Уже поздно вечером, когда я лежу в постели и разглядываю светильник на стене, ко мне приходит мама. Не зажигая света, садится на краешек кровати и, разгладив на коленях полы халата, складывает руки на груди. Кажется, истерика миновала, потому что выглядит она и ведет себя спокойно.

— Настя.

— Ммм?..

— Мы с папой подумали и решили, что тебе стоит сделать прерывание.

— Почему это решаете вы с папой? — спрашиваю ровно.