Цветы дарить не для того, чтоб косяк загладить, а чтобы радость в ее глазах увидеть, слова приятные говорить, чтоб улыбалась.

Говорю же — размотало, как тряпку.

Погружаюсь в работу до вечера. Мотаюсь между кадровым агентством и налоговой, но ко времени, когда Настя должна вернуться из вуза, сворачиваю все дела и еду к ее дому. Сидя в машине у въезда во двор, жду, когда мимо на остановку пойдет ее брат.

Ждать приходится недолго. Вижу, как ловко перепрыгнув через невысокое ограждение, он закидывает рюкзак на плечо, и, воткнув в ухо наушник, направляется в сторону моей тачки.

— Леха! — окликаю, выходя из машины.

Пацан останавливается. Развернувшись, демонстративно прячет руки в карманы куртки.

— Ну?..

— Поп*здим?..

— О чем с тобой п*здеть? Не горю желанием.

— Придется, Лех, потерпеть… ради сестры.

Усмехнувшись, он склоняет голову набок и, окатив меня волной своего презрения, смачно сплевывает на снег.

— Сядем? — киваю на машину.

— Говори здесь, я на треньку тороплюсь.

Леха вымахал в здоровенного детину. Почти с меня ростом. Если пойдет в рукопашку — не уверен, что справлюсь.

Вынув из кармана пачку сигарет, выбиваю для себя одну и предлагаю Лехе.

— Не курю. У Ромки проблемы с легкими были, ему таким дышать нельзя.

Говнюк. С козырей зашел. Но… избавиться от привычки я и сам уже решил.

— Ты знал, что он от меня? Почему не сообщил?

— Не знал. Даже если бы знал, не сказал, — заявляет пацан уверенно.

— Почему?

— Сам не догадываешься? Нахрена Романычу такой папаша?

— Какой такой?

— Который его мать беременной одну бросил. Я тебе, сука, никогда ее слез не прощу! — цедит Леха, подаваясь в мою сторону.

Слез.

Пздц. Плакала из-за меня.

Затянувшись никотином, смотрю на ее брата. Тот психует, глядя себе под ноги, подошвой ботинка катает камушек по асфальту.

— У нас с Настей много чего х*евого было, — говорю я Лехе, — тебе знать не обязательно. Мы с ней со всем сами разберемся.

— Ага… разберемся… — бормочет со злостью, — быстро она тебя, козла, простила. Вон, смотрю, и Ромка папой называть стал… А ты заслужил?.. Лучше бы она Рокотова вместо тебя выбрала…

— Не выбрала, — перебиваю я, — Лех, я сильно сожалею, что…

— Ага, бл*дь, сожалеет он…"

"— Я сильно сожалею, — перебивая, давлю голосом, — что Насте столько пришлось пережить.

Сильно, Леха! Мне хреново от того, что я не видел Ромаша совсем маленьким и не был с ней рядом, когда ей тяжело было, но… мы все наверстаем, ясно? Вместе с Настей.

— Еще одного бебика ей заделаешь? — хмыкает ее брат.

— Это мы без тебя решим, Алешка… Сестру я твою люблю. По-настоящему.

Молчит. Пялится в экран своего телефона, а потом вскидывает на меня взгляд.

— Крысу бросил свою?

— Карину? Мы расстались, да.