- Хотим, - с готовностью ответил мне невидимый собеседник.

- Ну так выходите - и возьмите, - предложила я, покрепче перехватывая метлу за палку.

- У тебя есть? - с надеждой сказал невидимый моргелют. - А есть лепешечки? Те, которые жареные в масле? Они нам больше нравятся, чем сегодняшние - в сегодняшних пустота одна какая-то...

- Есть и лепешечки, и хлебушек, и вино. Идите сюда, угощу.

Я смотрела на озеро, но моргелют вынырнул совсем не в той стороне, где я ожидала - он вылез из-под колеса, высунув из воды голову прямо у моих ног. Это была удивительно нелепая голова - круглая, лысая и блестящая, только на висках и затылке росли куцые волосы, похожие на чахлые водоросли.

У духа озера были тонкие зеленые усы, свисавшие до подбородка, козлиная зелёная бородка, светлые глаза навыкате. Он улыбался, ворюга, и облизывался - и правда ожидал «хлебушка».

- Выходи, выходи, - подбодрила я его, хотя чуть не грохнулась в обморок от одного только вида водяного, и чуть не грохнулась в обморок, когда разглядела, что вместо лысины у моргелюта была вода.

Будто голова у него была пустая, как ведро.

Пустоголовый вылез на деревянные мостки - маленький, ростом мне по пояс, щуплый, тощий, с тонкими руками и ногами, и огромными ступнями.

Он потирал широкие ладошки и хихикал.

Пока я разглядывала его, из воды под колесом показалась другая голова, и тут можно было падать в обморок в третий раз. Я сразу узнала эту страшную и мерзкую морду - безносую, плоскую, с широким ртом, полным острых треугольных зубов. Мокрые серые патлы висели по обе стороны от ужасного лица, и чудовище тоже весело скалилось, вылезая на берег. Сначала показались человеческие руки - мускулистые, покрытые на плечах чешуёй, потом

- спина с шипами вдоль хребта, а потом и всё остальное, больше похожее на конечности лягушки-переростка, с длинным хвостом с ороговевшими плавниками.

- Где хлебушек? - спросил первый моргелют.

- И вина дай. - прохрипело безносое существо.

- Будут вам и хлебушек, и вино, - сказала я и перехватила метлу, как копьё, изо всех сил ткнув лысого моргелюта прутьями в живот.

Водяной беспомощно взмахнул перепончатыми лапами и улетел назад, впечатавшись в своего зубастого собрата. Вода из пустой головы вылилась и я увидела, что на самом деле голова не пустая, просто на темечке было углубление - не больше кофейной чашки.

Когда выплеснулась вода, из углубления вывалилось что-то блестящее, круглое, и покатилось по доскам, но я не стала рассматривать - что там. Пока моргелюты не очухались, я налетела на них, лупя метлой, куда попало.

Пусть они хоть всё тут водорослями загадят! Хуже уже не будет! Зато получат, черти проклятые! Хлебушка!..

- Вот вам хлебушек! - орала я по-русски, позабыв местную речь. - А вот - лепешечки! И винишко! Ещё винишка!.. И ещё!..