- Ты там от чертей, что ли, убегала? - поинтересовалась старуха.
- Ага, - ответила я, - от одного страшного, чёрного, дотошного чёрта."
"- Если от того, про которого я думаю - от него не убежишь, - изрекла старуха, когда я уже закрывала нашу покосившуюся дверь.
Кого это мамаша Жо имела в виду? Судью или слугу графа? А, какая разница! Сейчас у меня более важные дела.
Первым делом я переменила юбку, вымыла руки, упрятала гриву под платок и приступила к созданию майонеза.
Признаться, домашним майонезом я никогда не увлекалась. Гораздо проще пойти и купить вкусный соус в магазине.
Желтки я за неимением подходящей посуды взбивала в медном чайнике, который нашелся в хозяйстве Жонкелии. В нём очень удобно было орудовать длинной деревянной ложкой, но рука у меня от непривычной работы почти сразу заныла.
Наконец, я добилась нужной консистенции, хотя цветом осталась недовольна - соус получился жёлтым, а не белым.
Впрочем, цвету лукового салата цвет соуса не помешал. Салат всё равно получался жёлтым, даже с магазинным белоснежным майонезом. Приготовив салат, я занялась питами, и вскоре на окошке остывали положенные в корзину круглые надутые лепешки - хрустящие снаружи, полые внутри.
- Моя курочка, цокотурочка... - напевала я, начиняя первую питу луковой начинкой.
В медном чайнике, стоявшем на столе, отразилось лицо - искаженное выгнутой поверхностью, длинное, унылое, как у грустной лошади.
Я уронила питу, и она сочно шмякнулась на пол, вывалив на пол луковую начинку.
- Пойду хворост собирать, - раздался за моей спиной скрипучий голос Жонкелии.
Это и в самом деле была она - унылая старуха, отразившаяся в чайнике. Я и не слышала, как она вошла.
- Зачем вы так подкрадываетесь, мамаша? - я только вздохнула, посмотрев на погибшую питу.
- Не тех ты боишься, - изрекла она трагично и торжественно, и удалилась.
Выбросив курам загубленную питу, я взялась за вторую.
- Зёрнышки просит, денежки приносит.


















Комментарии
Добавить комментарий