исчезла асфальтированная дорога с четкой разметкой, а вместо нее вдоль берега тянулась какая-то разбитая колея с лужами и ухабами.

- Хозяйка, - терпеливо и участливо сказал судья Кроу, - вы у себя дома, на своей мельнице, возле деревни Тихий Омут.

Деревня Тихий Омут? Да вы шутите! Нет такой деревни! И никакая я не хозяйка мельницы!

- Вам плохо? - нахмурился судья. - Вы сами на себя не похожи.

Правильно, не похожа! Потому что это - не я!

Но я сама понимала абсурдность своего положения. Я - это я. Вот она, чувствую свои руки и ноги, вижу свою рыжую гриву до пояса, которой у меня с детского сада не было. Я дышу, говорю, вижу, но я - не Эдит Миллард! Так, кажется, назвал меня судья?

Я уставилась на мужчину с ужасом. А он, в свою очередь, глядел на меня с недоумением. Только теперь я рассмотрела его получше. Высокий, широкоплечий, худощавый, но мокрая рубашка облепила рельефные мышцы на руках. На вид ему было лет тридцать пять, волосы у него были темные, почти черные, но на висках и надо лбом виднелись седые пряди. Черные глаза, в которых зрачок почти сливался с радужкой, смотрели на меня в упор, черты лица были резкими, подбородок с ямочкой упрямо выдавался вперед, а губы были сурово сжаты.

- Что вы тут застыли? - раздался ворчливый голос старухи в чепце. Она поднималась за нами, задрав юбку почти до колен и выставив на обозрение серые от частых стирок подштанники. Кружева на манжетах нижних штанов порвались и уныло обвисли.

- Ждём вас, мамаша Жонкелия, - сдержанно сказал судья, не сводя с меня пристального взгляда.

- Что ждать? - буркнула старуха. - Идите в дом, пока не заработали воспаление легких. Не май месяц на дворе!

- Не май, - согласился судья и пошел вперед.

- Дрова берите с левой поленницы, - крикнула ему вслед старуха. - Они посуше! И стоят по два грошена за полено, к вашему сведению!

Судья кивнул через плечо, не замедлив шага, а мамаша Жо (я даже в мыслях с трудом выговаривала её полное имя) поравнялась со мной и вдруг шепнула:

- Только не скажи, что ты - не Эдит. Иначе закончишь свои дни где-нибудь в сумасшедшем доме.

Я застыла на месте, глядя им в спины. Сейчас мне как раз не помешала бы консультация у хорошего психиатра. Потому что ничего этого не может быть. Это не может происходить на самом деле.

- Эдит, ты идёшь? - грубо окликнула меня старуха. - А то закоченеешь совсем.

Эти слова словно пробудили меня. Только сейчас я поняла, как продрогла. Хотелось принять горячую ванну, завернуться в пушистый халат, который предлагают в отеле, выпить горячего какао...

Я торопливо поднялась по тропинке до самого верха и очутилась перед мельницей.

Мельница!..

Слишком шикарное название для такой развалюхи! Водяное колесо стояло, хотя вода так и хлестала по его лопастям. Дверь болталась на одной петле, уныло покачиваясь туда-сюда от сквозняка.