Но факт остается фактом — обо мне за столом не беседуют. Больше внимания уделяют спортивным успехам нашей крепышки Аринки, светским увлечениям моей молодой и красивой мамы. Ну и конечно, между строк отчим пытается говорить о делах.

Макар хоть вполне расслаблен, с удовольствием ест отбивную и слушает о семейных успехах, попытки отчима повернуть беседу в свою пользу не воспринимает. Все удочки Федора закидываются в пустоту. Моргунов отвечает общими фразами, обещаний не дает. Видно, этот мужчина выверяет каждый свой шаг. Я наблюдаю за его манерами во все глаза, сама не знаю почему. Он несколько раз замечает мое пристальное внимание, а мне становится стыдно. Надо бы вспомнить о своем воспитании и не пялиться так нагло на гостя.

После ужина мама велит Арише поиграть на пианино — ну прямо как в лучших домах! Они увлекаются музыкой, отчим подсаживается на ухо к Макару. Я пользуюсь случаем, чтобы перевести дух от странных эмоций. Иду на террасу, падаю там в подвесное кресло и достаю смартфон. Почитаю, это всегда меня отвлекает.

С трудом, но у меня выходит нырнуть в книжный мир. Выкидывает меня оттуда насыщенный мужской голос.

— Многие жалуются, сети заменили для их знакомых живое общение. Но в интернете реально интереснее, чем в некоторых компаниях.

Резко вскидываю глаза, хорошо хоть сама не подскакиваю.

— Мм… Я читала электронную книгу, — непонятно зачем поправляю мужчину, — все были заняты.

Гость не задает лицемерный вопрос — можно ли ко мне присоединиться? Ведь понятно же, любой вежливый человек ответит «да» тому, кого пригласили в дом. Впрочем, мое разрешение было бы искренним… Но мне все равно нравится, что Макар не разводит напускные церемонии. Он просто проходит к большому окну — смотрит не в него, а на меня."

"Выгляжу я в этот вечер вполне себе мило — коричневое платье с рукавом три четверти и широкой юбкой, мягкие локоны, натуральный макияж. Неброско, но в целом идеально. Природа на мне не отдохнула после красивой мамы, я взяла от родительницы лучшее — тонкие черты лица и фигуру, не слишком склонную к полноте. А глаза у меня папины — радужка по краям темная и светло-серая вглубь. Один парень в универе говорит — в моих глазах можно утонуть. Впрочем, он часто несет глупости.

Но в тот момент я не думаю, погрузится ли в мои очи Макар Моргунов. И даже не анализирую, как смотрюсь. Я сама впиваюсь глазами в мужчину. Сканирую четкие очертания его подбородка с короткой, но довольно густой растительностью. Он не мордоворот, как отчим, но и хрупким его не назвать. Прямой, можно сказать, аристократический нос делает его лицо благородным. А глубокий серо-голубой взгляд из-под густых бровей говорит о Моргунове как о человеке опытном, проницательном и даже опасном.