Сначала не обратил внимания, а потом все же начал искать, пока в туалетах вдруг не заорала уборщица. Витьку нашли с передозом, он был мертв. Как потом мне рассказали его друзья, он, оказывается,и до этого употреблял наркоту, но мои родители отчаянно не хотели в это верить. В какой-то мере я чувствовал на себе вину за его смерть, за то, что позвал в этот клуб, за то, что сразу не пошел искать. Я видел немое обвинение в глазах родителей. Через неделю после похорон брата, сердце отца не выдержало… и он тоже умер….

- В oбщем, в день, когдa хоронили отца, мать от горя, наверное, обвинила в этих cмертях меня. Я выдержaл ее упреки, провел c ней целый день, а потом неделю бухал в своей кваpтире. Мне тoже было тогдa нестеpпимо больно. Через пару месяцев я собрался и уехал сюда. Ну а дальше ты все знаешь, - сообщаю я Анне, которая обвивает мой торс и стискивает в своих объятьях.

- Я тебя очень сильно люблю, – грустно шепчет она мне в грудь и, по-моему, собирается плакать. Сам глубоко выдыхаю, пытаясь отстраниться от прошлого.

- Эй, ну-ка не грусти, это все в прошлом, - обхватываю ее за подбородок, заглядываю в грустные глаза, которые наполняются слезами. – Нюта, не вздумай плакать! – тяну ее к себе и целую мягкие надутые губы. – Давай куда-нибудь сходим, например, в твой любимый ресторан?

- Нет, я сегодня никуда не хочу. Я запекла нам рыбу с овощами, давай поужинаем и просто посидим вместе, посмотрим телевизор. Хочу весь вечер тебя обнимать, - как маленькая девочка, капризно заявляет она.

- Ну хорошо, – загадочно улыбаюсь я, вынимаю из кармана коробочку, открываю ее и протягиваю ей. Аня застывает, сглатывает, смотря на колечко. И тишина… кажется, она даже не дышит.

- Нют, ты выйдешь за меня замуж? – спрашиваю я, а она молча протягивает мне руку, намекая, чтобы я надел колечко. Вынимаю кольцо из коробки и надеваю его на безымянный палец.

- Это значит - да? – спрашиваю я, смотря, как она рассматривает колечко.

- Да, – тихо отвечает она, поглаживая колечко.

- Очень тихо и очень грустно, - констатирую я. Аня поднимает голову и начинает искренне улыбаться.

- Да, я согласна, - забирается ко мне на колени и садится лицом к лицу. Обхватываю ее бедра и улыбаюсь ей в ответ.

- Вот так-то лучше, Синеглазка. Скоро ты станешь полностью моей, - тяну ее за волосы, вынуждая прогнуться и открыть мне доступ к шее, которую я целую, слегка всасывая кожу. Кажется, сколько бы времени ни прошло, меня всегда будет пьянить ее близость.

- Кажется, еще до нашей встречи я уже принадлежала тебе, – шепчет моя девочка, перебирая волосы на моем затылке. И это самые важные слова, даже важнее, чем признание в любви. Она навсегда только моя синеглазая девочка, ради которой я перевернул свою жизнь."