3

Вход на огромную территорию, окружавшую Куэббинское водохранилище, был отмечен двумя каменными столбами. За ними шоссе сужалось до одноколейной дороги, и Генри ощутил, что сделал полный круг и вернулся туда, откуда начал путь. Словно вновь очутился не в Массачусетсе, а в Мэне, и хотя табличка гласила: ПРОЕЗД К КУЭББИНУ, они опять ехали по Дип-кат-роуд. Сам того не сознавая, он посмотрел на небо, ожидая увидеть танцующие огни. Но вместо этого узрел лысого орла, парившего чуть не над головой. Птица приземлилась на нижней ветви сосны и проводила их зорким взглядом.

Даддитс поднял голову от прохладного стекла и сообщил:

– Исер Ей иет аком.

Сердце Генри встрепенулось.

– Оуэн, ты слышал? Грей идет пешком."

"– Слышал, – кивнул Оуэн, прибавляя скорости. Мокрый снег, такой же предательский, как лед, был опасен, но к водохранилищу вел только один след.

Мы оставим второй, думал Генри. Если Курц заберется сюда, ему и телепатия не понадобится.

Даддитс застонал, сжал живот и вздрогнул.

– Ени, мне плохо. Даддитсу плохо.

Генри дотронулся до лба Даддитса и отдернул руку, опаленный жаром. Что будет дальше? Возможно, припадки. Если приступ окажется достаточно сильным, он тут же отойдет, и неизвестно, что в таком состоянии для него лучше. Все же как больно, как это больно… Генри Девлин, потенциальный самоубийца. А вместо него тьма забрала его друзей. Одного за другим.

– Держись, Дадс. Все уже почти закончилось.

Но сам он не сомневался, что худшее еще впереди.

Глаза Даддитса снова открылись.

– Исер Ей… атял…

– Что? – переспросил Оуэн. – Не понял.

– Он говорит, что мистер Грей застрял, – пояснил Генри, продолжая гладить лоб Даддитса. Вспоминая его золотистую шевелюру. Прекрасные светлые волосы Даддитса. Его плач терзал мальчишек, врезался в мозги тупым лезвием, но сколько счастья дарил его смех: стоило услышать смех Даддитса Кэвелла, и вы, хоть ненадолго, снова начинали верить старым байкам: что жизнь хороша, что в жизни мальчиков и мужчин, девочек и женщин есть некая цель. Что существует не только тьма, но и свет.

– Почему он попросту не швырнет чертова пса в водохранилище? – спросил Оуэн дрожащим от усталости голосом. – Почему должен переться до этой самой опоры № 12? Потому что русская утопилась именно там?

– Думаю, водохранилища для него просто недостаточно, – сказал Генри. – Водонапорная башня подходит лучше, но акведук – просто идеален для таких целей. Все равно что кишки протяженностью шестьдесят пять миль, а опора № 12 – глотка, по которой яд попадает в организм. Даддитс, мы сможем его поймать?

Даддитс взглянул на него затянутыми пленкой боли глазами и покачал головой. Оуэн в бессильной злобе ударил себя по бедру. Даддитс облизнул губы и исторг два хриплых слова.

Оуэн расслышал их, но не понял.