Те несколько мгновений, когда ты внутренне сосредотачиваешься, собираешься, чтобы в нужный, точно рассчитанный момент вся твоя сконцентрированная внутри энергия вырвалась наружу в идеально спланированном взрыве.

Даже сейчас мое тело все еще помнило идеальное положение на низком старте, когда ноги упираются в стартовые колодки, руки лежат на черте, когда все чувства, кажется, сосредотачиваются на ожидании единственного звука – выстрела. И тогда всё – я имею в виду именно всё – отзывается на этот звук, ты за долю секунды переходишь от состояния неподвижности к стремительному бегу, и твое сердце пускается вскачь.

Теперь, похоже, единственное, чего я могу дождаться, – это объявление его имени. Когда я наконец услышала: «Ремингтон Тейт РИИИИИП!», меня изнутри захлестнула волна, готовая нести меня вперед, но… бежать мне было некуда, внутренняя энергия не высвобождалась, и только сильнейшая боль пронизывала все мое тело. Боль, питающаяся все теми же гормонами, которые продолжали вырабатываться, и никакой человек не в силах остановить такой процесс.

Я вскочила с места, как и все присутствующие в зале, но это все, что я могла сделать, наблюдая за тем, как Ремингтон в своей умопомрачительной манере выходит на ринг.

Толпа начала безумствовать, приветствуя его, и у меня мгновенно закружилась голова. Вот он нарочито медленно, с вызовом развернулся – живое олицетворение самых смелых фантазий женщины: взъерошенные черные волосы, загорелая грудь, улыбка с ямочками на щеках – просто убийственная улыбка – и это все Ремингтон Тейт. Он – само совершенство, и я почувствовала, как новая порция гормонов впрыскивается в мою кровь, когда он красовался перед толпой, так откровенно выставленный на всеобщее обозрение в своих низких боксерских шортах и настолько ошеломляюще сексуальный, что сразу стал центром моей вселенной.

Да, именно так – центром моей вселенной."

"С тех пор как я перестала участвовать в соревнованиях, я немного обросла жирком и теперь могу похвастаться здоровыми восемнадцатью процентами. Я стала более фигуристой, чем когда-либо, с небольшими дополнительными округлостями сзади и спереди. Но я никогда так остро не ощущала свое тело, все его внутренние и внешние резервы, как в те минуты, когда общалась с этим мужчиной.

Я даже не знала, сумею ли когда-нибудь привыкнуть к этому, не знала, что могу сделать, чтобы не реагировать на него так остро и сильно. Смогу ли когда-нибудь позволить себе принять тот факт – да, приходится признать это, – что он лишает меня контроля над моим собственным телом.

– А теперь знаменитый и прославленный Оуэн Уилкс, Ирландский Кузнечик!

Пока его дерзкий рыжеволосый противник занимал свое место на ринге, Ремингтон пристальным взглядом обвел толпу, пока не заметил меня.