Он по пустякам не ходит. Вон вчера на двадцать пятом участке…

– Что произошло? – загремел командный бас. По мощеной дорожке чуть вразвалку торопился плотный мужчина в пятнистой форме, за его спиной маячили еще две шкафоподобные фигуры.

Снова начались томительные объяснения. В конце концов Семен Михайлович кивнул:

– Обстановка ясна. Обмазывание неизвестной жидкостью с целью уничтожения живого объекта, предположительно собаки."

"Я прикусила губу. Голову на отсечение даю – Рогачев бывший милиционер. Сидел в районе, потом вышел на пенсию и пристроился в охрану. Только сотрудник МВД способен произнести фразу «живой объект, предположительно собака». Никогда не читали протоколы? Если нет, то и хорошо, лучше эти бумаги никогда не видеть. В них пишут порой странные вещи. Ни один сотрудник милиции не укажет: «на трупе золотая цепочка». Нет, напишут так: «на шее украшение в виде цепи из желтого металла, предположительно золота». Или «изъята подушка с красными пятнами, похожими на кровь». Даже если на застежке стоит проба, а подушка лежит на раненом человеке, милиционер не имеет права делать выводы. Вот проведут экспертизу и установят, что и как называется. Думаете, чем занимается следователь большую часть служебного времени? Сидит в засаде или гоняется за бандитами по улицам? Такого, конечно, тоже хватает, но в основном он заполняет всякие бланки и пишет бесконечные бумажки, причем соблюдая массу условностей. Ошибешься, оформишь не так, и судья исключит лист из дела, доказательная база развалится, и вместо справедливого наказания уголовник получит свободу.

– Ясно, – загремел Рогачев, – не о чем тут думать. Николай, обхватывай мужика, я возьмусь за девушку, вы, парни, цепляйтесь за остальных. На счет «раз, два, три» дернем в разные стороны.

– От кого-то я уже слышал подобное предложение, – тихо-тихо сказал Аркадий. – Может, поискать другой способ?

Но Семен Михайлович не обратил никакого внимания на Кешу.

– Приступаем, – приказал он. – Ну, вперед! Услышав «три», охранники дернули приклеевшихся к собаке участников действа. Послышались крики, отчаянный визг Жюли, но, о радость, местами полысевшая собачка упала на дорожку и осталась лежать на ней, задрав кверху лапки.

– Срослось, – удовлетворенно отметил Семен Михайлович. – Только вам придется как за ложный вызов платить – отдирание собак в договоре не указано.

– Без проблем, – заверила Ирка, – выписывайте квитанцию.

– Интересно, как отреагировали бы в салоне красоты, если бы я попросила сделать мне эпиляцию ладоней? – задумчиво произнесла Зайка, разглядывая свои руки, на которых осталась шерсть Жюли. – Вот чем теперь отскребываться?

– Чегой-то ваша собачонка не шевелится? – с явным интересом спросил Рогачев. – Никак ушиблась.