Даже интерес короля ко мне, если таковой и имеется, не спасёт – материнская смертность здесь очень высока. Малыша отдадут кормилицам и нянькам, путь во дворец окажется снова открыт.

Но оговорочка Линды немало сказала о её натуре, ведь выходит, что это даже не Ойген к невесте в кровать лез до свадьбы, а она сама. Одного не пойму, почему не воспользовалась каким-нибудь средством, предотвращающим нежелательную беременность? Да, в этом мире они существуют, пусть и не в таком разнообразии, как в моём, даже в образцах, присланных мне, парочка таких имеется. Конечно, их применение официально порицается, но все, у кого есть такая необходимость, ими пользуются. Кристина ведь принимала отвар из специального травяного сбора после рождения Софи. С другой стороны, гормональный фон после выкидышей может долго приходить в норму, а это уже высокий риск уменьшения неэффективности средств.

– Чего вытаращилась?! Да, я ношу под сердцем сына Ойгена! – Линда специально руками натянула одежду на себе, показывая округлившийся животик.

Была бы она не астенического телосложения, а хотя бы нормостенического, беременность была не так заметна на этом сроке. А так...

С видом полнейшего превосходства Линда погладила себя в районе пупка: – А тебе лишний раз мне вообще на глаза лучше не показываться, чтобы не вызвать чрезмерных волнений, которые могут не только испортить мне настроение, но и привести к негативным последствиям.

Намёк Ойген воспринял по-своему, громко проскрежетав зубами. Зато я за своими держать язык не собиралась: – Это каким таким образом? Как в прошлый раз, когда «специальное» снадобье позволило влезть в день свадьбы в узкое платье? Неужели ты думаешь, что если такие слухи дошли до той глубинки, где я жила после развода, то более крупные поселения миновали? Открою страшную тайну: слуги, сколько им ни заплати, всё равно жутко болтливы. Даже если кому-то скажут по большому секрету, не факт, что этот кто-то станет держать язык за зубами.

– Какое такое «специальное» снадобье?! – прогремел как гром посреди ясного неба голос Доротеи, появившейся в самом начале коридора.

– Она лжёт! Специально, чтобы опорочить меня! – взвизгнула Линда, бросаясь на меня с кулаками, вот только её удержал Ойген.

– Не верите? Расспросите хорошенько служанку этой особы, а также конюхов Вайлетов, думаю, много чего интересного узнаете. Или девушку уже заменили?

До Ойгена, кажется, начало «доходить», о чём сейчас идёт речь, потому что он сперва нахмурился, а затем пробормотал: – Так вот почему твой брат запретил почти всей прислуге покидать замок и так тщательно следил за тобой, что тебе приходилось опаивать служанок снотворным и пробираться в мою спальню тайком, когда приезжал к вам...