Иоганн Георг спорил со своими министрами. Двое из них сопровождали его во время визита в Берлин. Они даже последовали за ним на прогулку по саду, чтобы продолжить разговор. Они ни на минуту не оставляли его одного. И у курфюрста возникло такое чувство, будто он сходит с ума. Конечно, курфюрсту не хотелось подчиняться собственным министрам.

– Ваше Высочество, предлагаемый брак – необходимость. Ради этой цели мы и находимся здесь. Союз с Бранденбургом для нас существенен и ценен, а этот брак – его условие.

– Не желаю жениться на этой женщине.

– У нее мягкий характер.

– Она холодная, как лягушка!

– И прекрасно. У вас не будет с ней хлопот.

– Еще не хватало, пусть и не пытается.

– Эта женщина знает свое место. Ей нужно надежное положение, какое можете дать вы, и она будет благодарна вам.

– У меня нет желания давать ей что-нибудь.

– Ваше Высочество, Бранденбург хочет этого брака, а мы хотим союза с Бранденбургом.

Иоганн Георг сердито насупился. Он понимал, чего они хотели. Они хотели оторвать его от Магдалины. Ну, это им не удастся. Здесь он уже скучал без нее. Ей нет равных! Министры могут предлагать ему других женщин, но зачем? Ведь они удовлетворят его не больше, чем на час. Все равно он всегда будет возвращаться к Магдалине. Только к ней. Другие женщины – лишь временная замена Магдалине. Он постоянно думал о ней. Думал, даже когда спал с другими. А министры предлагают ему в жены эту высохшую вдову!

Государственные соображения! Ясное дело, не существует другой причины, по какой он положил бы такую особу к себе в постель.

Между тем доводы сыпались на него один за другим. Иоганн Георг знал, что в конце концов министры дожмут его. У них огромная власть над своими правителями. По их мнению, Саксония нуждалась в дружбе с Бранденбургом. Он не против. Пусть министры вкладывают свои силы в дела государства. Лишь бы оставили его в покое. А он будет вкладывать свои силы в Магдалину. Иоганн Георг улыбнулся, вспомнив ее. Она ненасытна, эта женщина. И он такой же. Вот почему им так хорошо вдвоем.

А доводы все сыпались и сыпались.

Элеонора, вдовствующая маркграфиня Ансбаха, очень волновалась, ожидая предполагаемого жениха. В ее больших голубых глазах ясно отражалось тревожное предчувствие. Она то и дело поднимала руку и приглаживала густые золотисто-каштановые волосы. В молодости ее считали красивой, да и сейчас она была еще не старой. В прежние времена она была полной и цветущей, чем так восхищаются в Германии. И первый муж высоко ценил ее очарование. Но с тех пор прошли годы, и она родила двоих детей.

Ее очень страшило будущее. Когда умер муж, маркграф, спокойная жизнь кончилась. Нельзя сказать, чтобы начались волнующие переживания, но и она не была любительницей приключений.