Солгу, если скажу, что во мне не проснулось любопытство и желание узнать эту девушку поближе, но спешить я не собирался. Для начала решил присмотреться к ней, немного понаблюдать.

Я не ошибся тогда на рынке, юная графиня оказалась действительно симпатичной. Ее притягательная, невинная красота с нежными, пухлыми губами бантиком контрастировала на фоне насыщенных холодно-синих глаз в обрамлении черных пушистых ресниц. Мне было приятно смотреть на нее, это факт. А может, моя заинтересованность возникла потому, что ее поведение отличалось от остальных? Кто знает.

Открыв седельную сумку, извлек из нее заботливо собранные бабушкой гостинцы: мед, ореховые сладости и ароматно пахнущий пирог, который еще был теплым.

– Это вам, – поклонился я, протягивая руки с угощениями, кожей ощущая на себе пытливый взгляд девушки.

Не знаю почему, но мне она не показалась больной. Люди с простудой обычно так не выглядят. Где раскрасневшийся нос, чих и кашель? Да и вообще, что она делала на улице, если болеет?

«Любопытно», – подметил я для себя.

Служанка юной графини, которая так и продолжала сверлить меня взглядом, спустилась со ступеней и, бегло присев передо мной, смущенно забрала гостинцы.

– Господа, – взяла слово пожилая женщина, стоявшая по правую руку от молчаливой графини, – может, чаю?

– Благодарю. Не откаж… – начал было отвечать я.

– Не думаю, что это хорошая идея, – перебила меня Ролана.

Нет, мне не показалось, в глубине ее глаз точно промелькнуло ехидство.

«Ты меня прогонишь? – опешил я, недоумевая. – Серьезно?»

– Прошу простить, лорд, но, как вам известно, я немного приболела, – ее лицо стало печальным, а уголки пухлых губ опустились.

– Мне жаль вам отказывать, но…

«И почему я тебе не верю?» – хотелось спросить у нее, но, конечно же, я этого не сделал. Во-первых, мы с ней были не одни, а, во-вторых, этикет не позволял подобного. Хотя, что уж там скрывать, я бы многое отдал, чтобы посмотреть на ее реакцию, озвучив свой вопрос.

Не мог понять, откуда у меня в груди ощущалась радость, происхождение которой было неизвестным. Чему именно я радовался, что мне впервые в жизни дали отворот поворот? Судя по всему, да.

«Ты права, бабуля, – обращался я мысленно к своей боевой старушке.

– Эта девушка действительно не такая, как все. Скажу больше, вы с ней даже чем-то похожи».

– Прошу прощения, господа, – деликатно кашлянула пожилая леди, – моя внучка права. Не хотелось бы, чтобы и ваше здоровье пошатнулось.

– Благодарим вас за заботу, – улыбнулся я, не сводя взгляда с юной графини, уверенно выдерживающей его.

«Ты же лжешь мне, я прав?» – спрашивал ее молчаливо, в ответ, как и ожидалось, получая уже знакомую колючую усмешку, отражающуюся в ее синих, словно океан, глазах.