Я, испытывая волнение, толкнула дверное полотно, встречаясь с пристальным взглядом старческих глаз…

Сердце пропустило удар.

– Госпожа! – опешила Инесса, как и я, наблюдая ожесточенное лицо сидящей на кровати бабушки, вид у которой был измученным и слабым.

– Внучка… – прошептала она.

Заметив меня, пожилая женщина будто моментально потеряла все свои силы, клонясь к подушке.

– Бабушка! – рванула я к ней без раздумий, чувствуя душой, что буду защищать эту женщину до последнего.

– Лана… – шептала она, называя меня чужим именем.

Задыхаясь от эмоций, сжала ее теплую, испещренную морщинами ладонь.

– Не подпускай… – тяжело дышала бабушка. – Не подпускай ко Оленсию… эту змею…

Слушала, не перебивая, цепляясь за каждое слово.

– Она… – шумный вдох, – она насильно чем-то… пичкает меня ночами… Не подпускай… ее... Я прошу тебя…

Визуализация

10. Ожидаемый визит

Ролана"

"Сжимая ладонь бабушки, чувствовала, как в груди полыхает сжигающее все на своем пути пламя ярости.

Инесса жалостливо всхлипнула за моей спиной, пока я в этот момент мысленно рассматривала сложившийся в голове пазл.

«Получается, ты еще хуже, чем я думала. Явилась в дом убитой горем девушки, страдающей от потери отца, втерлась к ней в доверие, строя из себя заботливую и сопереживающую родственницу, а затем начала травить бабушку, приходящуюся ей опекуном, чтобы занять намеченное место! Что?! Решила таким вот способом выползти из своих трущоб?!»

Инесса рассказала мне, как именно получил титул покинувший свет отец юной графини. Это значило, что все его родственники, за исключением дочери, ведь она родилась уже от титулованного родителя, были простолюдинами. По словам моей помощницы тетка так хотела посетить королевский бал, но двери в замок для нее, как и для ее дочери, были закрыты.

Конечно же эта гадина понимала, что забрать статус Роланы у нее не выйдет. Но еще она понимала, что по истечении двух месяцев, когда юная графиня обретет совершеннолетие, власть над осиротевшей девушкой будет потеряна. Поэтому-то тетка и решила организовать внеплановую женитьбу, подсовывая на роль жениха своего родственничка, чтобы в будущем иметь свободный доступ в поместье, из которого ей уходить точно не хотелось.

Бабушка отчаянно цеплялась за мою руку. Ее глаза смотрели на меня неотрывно и только слепой бы не заметил в них плещущийся страх. Она боялась, что ее снова напичкают какой-нибудь гадостью, чего я не могла допустить.

– Я думала… – прошептала пожилая женщина. – Думала, – она тяжело дышала, – это Оленсия… пришла….

– Инесса, – позвала я девушку, которая мгновенно поспешила поравняться со мной, удерживая дрожащими руками поднос.