Юную графиню переселили в дальнюю и темную, можно сказать, кладовку, на этаж слуг, тем самым унижая ее. Конечно же я не собиралась там оставаться, поэтому вернулась туда, где и жила раньше Ролана, наблюдая на полу и мебели раскиданные вещи гадкой сестрицы.

– Не зря я тебя в свинарник определила, – фыркнула я. – Именно там тебе и место!

Сменив белье на кровати, пока Инесса переносила шмотье Дионы, я легла спать, пробуждаясь в довольно неплохом расположении духа и оно стало еще лучше, стоило представить, как ""здорово"" спали этой ночью тетка и ее распрекрасная дочурка.

– Саша! – в дверь комнаты постучали. – Саша, можно?

– Входи, – сонно протянула я.

– Там, – Инесса заглянула в приоткрывшуюся щель и лицо ее выглядело встревоженным, – слуги вошли в дом.

– Чего? – округлила я глаза. – Как это вошли в дом?!

– Видимо, через кухню, – нервно переступила с ноги на ногу девушка.

– Так! Понятно! – решительно откинув одеяло, я подхватила со стула предварительно подготовленный халат, запахивая его на ходу. – Идем!

Мы шли стремительно, по пути подмечая, что на этаже, откуда вел спуск в подвал, никого не наблюдается.

– Да, каша не на молоке и без сахара, – донесся до меня надменный голос из кухни. – Госпожа сказала, что бабка обойдется. Пусть радуется, что в ней соль есть!

«Вот же твари!» – рыкнула я, ощущая подступающую ярость.

– Ой, а мне сметанку передай, пожалуйста…"

"– Сметанку?! – зарычала я, угрожающе переступая порог кухни. – Да пожалуйста! – подскочив к столу, схватила блюдечко со сметаной, впечатывая его в физиономию обнаглевшей в край служанки. – Ну как, вкусно? – коварно оскалилась я. – Ешь! – указала взглядом на вторую клушу, которая притихла от увиденного. – Ешь кашу, которую приготовила моей бабушке! Не на молоке и без сахара! Зато с солью! – хмыкнула я, хватая солонку и опрокидывая ее в серое месиво.

– Но… но… – заблеяла служанка, вытаращенными глазами смотря на свою подругу, морда которой была вся в сметане.

Инесса тенью стояла за моей спиной, не произнося ни слова.

– Ешь, я сказала! – рыкнула на девицу, угрожающе нависая над ней. – Живо! Иначе силой в рот запихаю!

Дрожащей рукой она подхватила ложку и начала перемешивать кашу с горой соли на ней. Трясясь, словно осиновый лист на ветру, служка почерпнула совсем немного, на кончике ложки…

– Бери больше! – зашипела я, зорко отслеживая процесс.

Полная ложка проникла между губ девицы. Секунда и она моментально скривилась.

– Глотай! А потом бери еще! – потребовала я.

Девушка попыталась проглотить, но вкус, по всей видимости, был настолько омерзительный, что она сложилась пополам, а моего слуха коснулись характерные рвотные звуки.

– Отвратительно! – рыкнула я.