— Нет, я не могу, — мотаю головой. — Разве нельзя придумать другой выход? Менее подозрительный? Хотя бы взять материал дома, чтобы не тащить Ами зря в лабораторию?

Я читала, что так можно. Существуют специальные стерильные наборы. К тому же можно использовать волосы с расчески…"

"Аслан смыкает пальцы в замок, на его скулах играют желваки. Мнимое спокойствие, царившее между нами первые минуты, растворяется, как дымка.

— Образцы должны быть собраны в присутствии сотрудника аккредитованной лаборатории, — говорит он с нажимом в голосе. — Как я могу быть уверен, что это действительно её образцы, а не твои, например?

Красные пятна расползаются по шее, ключицам и груди. Внутри болезненно ноет. Времена, когда мы безоговорочно доверяли друг другу, давно прошли. С этим нужно как-то смириться.

Я встаю с места, собирая по студии разбросанную одежду и вешая её на стойку. Пока что я не представляю, что скажу Амелии и Владу. Просто не представляю! Это чертовски сложно провернуть втайне.

— А если я откажусь? — спрашиваю с нотками истерики. — Что будет, если я не захочу никуда ехать?

На лице Аслана мелькает что-то мрачное и недоброжелательное, похожее на угрозу.

— Не советую, — качает он головой. — Потому что дальше экспертизу назначит уже суд.

19

У меня нет ни единого сомнения, что Аслан не лукавит. Это слышно по тону, видно по взгляду.

Слово «суд» ассоциируется со скандалом — громким, никому не нужным. Ни мне, ни Амелии, ни Владу, ни свёкру. Тахаев пошумит и вернётся в Штаты, а мне придётся с этим жить. С подмоченной репутацией. С полным непониманием, что делать с правдой дальше.

— Не надо через суд, — резко прошу.

— Алина, ты не оставляешь мне другого выбора. Я не могу спокойно улететь и жить свою жизнь, зная, что где-то здесь ходит девочка, которая совпадает со мной характером на все сто процентов.

Я вешаю платье со стразами на плечики, тщательно расправляя складки. Простые, монотонные действия помогают унять дрожь по телу.

— Это может быть совпадением.

— Ты повторяешься.

— Мне кажется, ты веришь в то, что являешься отцом Ами, больше, чем в это верю я. Потом будет больно разочаровываться. Не тебе — мне. Ты не хочешь этого понять и встать на моё место, но это может иметь плохие последствия. Для всех нас.

Аслан, удерживая под контролем каждый мускул на лице, отвечает:

— Я был достаточно понимающим шесть лет назад. Я, блядь, всегда шёл тебе на уступки.

— Знаю.

— И даже поверил в россказни о скором замужестве, не допуская мысли, что ты можешь нагло врать, потому что ещё тогда осознавал, что не был для тебя достаточно перспективным и подходящим парнем. Во всех аспектах.

— Это неправда.

Я опускаю глаза, замирая. Собирать и сортировать одежду становится всё сложнее.