Подняв листок, я прочитала по диагонали, что это действительно акт приема выполненных работ.

– Так она… дизайнер?

– Оглядись вокруг, – Максим повел рукой, и я обратила внимание, что кабинет выглядит действительно иначе. Как-то я этого не заметила. Он, кажется, уловил мои мысли, – ты даже не помнишь, как он выглядел раньше. Как впрочем, и весь офис. Так часто ко мне заходила.

В его голосе звучал самый откровенный сарказм, и мне стало невыносимо обидно. Не заходила. Да! Очень давно тут появлялась, потому что была занята. А вот он, напротив, зашел ко мне совсем недавно.

– Почему ты ее просто не выгнал? Зачем с ней назначать встречи в офисе при всем параде? Разве не ты кричал на нее, что она лживая тварь?

– Затем, – Макс подался вперед, облокачиваясь на стол, – что у нас были юридически оформленные отношения. Она выполняла услуги по моему заказу, и нарушать условия договора я не мог без риска для репутации компании, которая принадлежит не только мне. А нам сейчас репутация очень важна. Так что прости, что не выгнал Злату пинком под зад и не спустил ее с лестницы для пущего воспитательного эффекта.

Да и не по-мужски это. Наше общение ограничилось подписанием документов.

Я поджала губы, будто он меня отчитывал как неразумную школьницу.

– Я тебе не верю, – коротко ответила я. Все-таки он очень странный, я Максима никогда не видела таким безэмоциональным. Или он, наконец, открыл свое истинное лицо?

– Не веришь, – подтвердил он. – Что это меняет? Ничего. Ты не верила мне после вечеринки, не верила дома у брата, не веришь сейчас, проигнорировала мои знаки внимания, отвергла мое предложение обратиться за помощью и в итоге заблокировала телефон.

Я тебя прекрасно слышу, Ева.

– Кто дал тебе право вламываться в мой офис, копаться в программах и самое главное, пихать мне свои деньги? – разозлилась я, потому что совершенно не понимала, как реагировать на все его слова.

– Пихать? – Максим медленно встал, отодвигая кресло, – тебя кинули поставщики, у тебя вылез приличный убыток, в следующем месяце ты осталась бы без закупок трети товара и наверняка сорвала бы план продаж. Потом не взяла бы зарплату себе, потому что не смогла бы экономить на сотрудниках.

Начала бы накатывать этот огромный снежный ком проблем. Так ведь?

– Не твое дело, – мне было обидно слышать, что он вот так запросто все просчитал.

Макс кивнул и опустил голову, упираясь взглядом в ослепительно-белую столешницу из матового стекла. Облизнул полные губы.

– Ты можешь отталкивать меня, сколько тебе влезет, отправлять ко мне отца, игнорировать, делать вид, что меня не существует. Твое право. – Вновь поднял пронзительный взгляд.