И единственная ошибка в том, что я не могу поверить в происходящее.

Чувство жгучей обиды, горечи и унижения захлестывают меня с головой. В глазах темнеет, очертания расплываются и на секунду я пугаюсь, что вот-вот хлопнусь в обморок. Скорее рефлекторно хватаюсь за стену и только потом понимаю, что выпустила из рук поднос.

Звук разбившегося фарфора тонет в громогласном грохоте серебряного подноса.

В тот же момент Даррек и блондинка поворачиваются на звук. Скрываться уже бессмысленно. Я распахиваю дверь и выдавливаю из себя:

— Даррек… почему?

Блондинка испуганно вскрикивает и пытается вскочить. Однако, Даррек, скользнув по мне холодным и безразличным взглядом, вдруг опускает блондинке на плечи ладонь и силой усаживает ее обратно.

— Не останавливайся! — отворачиваясь и явно теряя ко мне всякий интерес, спокойно говорит он блондинке.

Трясясь от страха, блондинка снова принимается за дело, изредка кидая на меня испуганные взгляды.

Я же не знаю что мне делать. Слезы безостановочно катятся по моим щекам. Может, лучшим вариантом было бы просто убежать, но ноги меня не слушают. А еще, хочется кричать, рыдать навзрыд. Но меня хватает только на то, чтобы трясущимися руками прикрывать рот, из которого рвется беззвучный крик.

Даррек заканчивает быстро — он кладет ладонь на затылок блондинке, резким движением притягивает к себе ее голову и запрокидывает свою. По его телу проходит едва заметная дрожь. После этого, Даррек отпускает голову блондинки и неспешно одевается. Выверенным движением накидывает на голое тело камзол, натягивает штаны. Блондинка же, просто хватает с пола свои вещи в охапку и, стараясь не пересекаться со мной взглядом, голышом вылетает за дверь.

— Что ты хотела, Мия? — наконец, поворачивается ко мне Даррек.

Его суровое и спокойное лицо, выглядит так же, как и всегда. Будто сейчас не происходило ничего необычного. Даже взгляд золотистых, с вертикальным зрачком глаз, не выражает ничего, кроме равнодушия и чувства превосходства.

— Разве я не твоя истинная… почему ты так поступил со мной… — кое как сквозь слезы вымученно спрашиваю я.

— И как я же я поступил с тобой? — зрачки дракона опасно сужаются, а в голосе проступают нотки недовольства.

— Ты… предал меня… предал наш брак.

— Не зазнавайся! — недовольство резко сменяется угрозой, — То, что ты истинная — накладывает на меня обязательства взять тебя в жены. А тебя – родить мне наследника. И на этом все! А теперь, иди и приведи себя в порядок. Вечером у нас будут гости.

С этими словами, уверенной походкой он направляется к двери. Но задерживается на пороге возле разбитой посуды и темного пятна кофе.

— Да, и приберись тут. Это тебе не трактир.