Весной 1820 г. он вызвал к себе А. С. Пушкина в связи с распространением в обществе его вольнолюбивых и фривольных стихов.

Я понимала, что Анна уже закончила рассказ, а Михаил смотрел на меня все более беспокойно, но в голове все никак не успокаивались мысли – бабочки, что вспорхнули от такой отличной новости.

А если только из-за моей прихоти не будет написана «Элегия»? А если не будет встречи Милорадовича и Пушкина? Мои метания продолжались буквально несколько секунд, потому что в той моей, прежней жизни, этот дом цел, да, в нем банк, магазины модной одежды, дорогие офисы, но именно на этом доме висит табличка с историей этих стен. Выбрать его значило только одно – мое имя уже через пару дней появится на табличке. А это значит, что я уже появлюсь в истории моей страны."

"– Анна, узнай, как можно встретиться с Толстой. Если будут вопросы, так и скажи, что вопрос цены не имеет роли, – уверенно и громко заявила я, боясь передумать из-за этих вот дурацких своих слабостей.

– Думаю, утром у вас уже будет приглашение от Толстой! – уверенно ответила Анна.

– От чего ты так решила? – удивленно переспросила я экономку.

– Я же рассказывала сейчас – она сама, как узнала, что её Величество дала добро, отправила к нам посыльного. Прямо перед обедом.

– Ну, тогда, думаю, стоит погулять, и посмотреть на этот дом ближе, – ноги сами двигались в сторону Невского. Успокоило только то, что просто осмотреть фасад, это как увидеть платье, и не примерить, не ощутить кожей ткань изнутри, не увидеть себя в нем, не увидеть людей, что будут восхищены тобой в этом платье. Да, идти стоило сразу для осмотра дома и внутри.

– Машенька, думаю, сегодняшний день нам стоит провести дома, коль через пару дней я должен буду уехать, позволь побыть с тобой, – попросил Михаил, и мне стало стыдно, что я вовсе забыла о его отъезде.

– Да, конечно, сегодня мы останемся с тобой дома. И я даже рада, что ни каких встреч и гостей на сегодня не предусмотрено…

– Голубушка, и на завтрашнее утро не планируй. Женщины раньше обеда и дома не выходят, так что, отложи все на свете. Боюсь, мы не увидимся поболе месяца, да и завтра вечером мои сборы и несколько часов сна перед выездом – не радость для обоих.

– А я все еще не могу узнать цели твоей поездки? – я боялась только одного – лишь бы не граница. Я напрягала свою память, как могла, но вспоминалось мало, и еще, самое важное – войны сейчас нет!

– Могу, голубушка, это важная для России кампания по устройству новой приграничной линии на Северном Кавказе. Потемкин еще летом стал наместником Азовской губернии, а сейчас подготовил для императрицы доклад «Об учреждении линии от Моздока до Азова». Военные гарнизоны ттолько начали формироваться на Северном Кавказе.