Софи, хоть и не в полной мере, но тоже испытывала похожие чувства.

А вот с графом Апраксиным у нас не получалось общаться так же свободно. Мне хотелось узнать его поближе, разговорить, ибо он был молчалив и достаточно замкнут, но он, выполняя все свои задачи и функции командования охраны обоза, будучи любезным и предупредительным, оставался для меня, однако, закрытой книгой.

Я всё чаще присматривалась к нему, когда у меня появлялась такая возможность, к сожалению редкая. Настоящий русский офицер, благородный и безупречный – он не мог не притягивать моего взгляда. В прошлой жизни я о таких, как он, только книги читала, безмерно восхищаясь и представляя, какими же они были в настоящей жизни, а не только на страницах книг.

Поэтому, на наших запланированных или вынужденных остановках, я невольно высматривала его силуэт – синий с красным мундир.

Я вынырнула из своих мыслей, когда в стенку нашего дормеза постучали – капитан, разыскивая Архипа, заглянул к нам, легко вспрыгнув на подножку на ходу.

– Мадемуазель Мадлен, Мадам Софи, рад приветствовать вас, – он серьёзно и почтительно наклонил голову, а я вдруг покраснела, как будто он мог услышать мои мысли о нём.

– Добрый день, граф, – защебетала Софи, – Архипа сегодня мы только утром видели, справился как дела у нас и тут же ушел, какие-то проблемы были с…- она наморщила лоб, вспоминая, а я подсказала:

– С осью. У повозки с провиантом повредилась ось. – и, чтобы побороть своё внезапное смущение, я спросила как можно легче и проще:

– Михаил Владимирович, а где у нас следующая остановка? Когда она будет?

– Мы поедем через Берлин, там будем завтра и остановимся на пару дней. Нужно отдохнуть, пополнить провиант и кое-где подправить обоз.

Я представила гусеницу нашего громадного обоза в городе и подумала, что мы займём половину его улиц, пожалуй, чем и поделилась тут же с капитаном.

По-моему я впервые увидела, как он невольно рассмеялся – улыбка невероятно украсила его серьёзное лицо, оно стало обаятельным, морщинки лучиками разбежались от уголков глаз.

– Не волнуйтесь, мадемуазель Мадлен. Вы совершенно правы, всему обозу в городе делать нечего. Основная его часть останется на окраине города в постоялом дворе попроще. В город мы въедем двумя-тремя экипажами.

А когда закончим все дела – встретимся с остальными на выезде из города.

Мне пора, дамы, желаю вам хорошего дня. – он тронул пальцами край головного убора и так же легко выпрыгнул из дормеза на ходу. Я проводила его взглядом, а потом заметила, что Софи смотрит на меня лукаво и чуть насмешливо.

– Софи, – предупреждающе сказала я, – ни слова не говори, даже не думай!

Она подняла обе руки вверх

– Уи, мадемуазель! Ни слова о чём? Я вас не понимаю! – а глаза её продолжали искриться смехом.