Это уже не смешно.

Эйден – это утес.

Неизвестный.

Незапланированный.

Непредсказуемый.

Он – мой худший кошмар.

А еще он – самое близкое, что у меня было к свободе.

Эйден сжимает мое горло и врывается в меня.

Он разрывает меня на части одним движением.

Я кричу ему в губы.

Это больно.

Черт возьми.

Это чертовски больно.

Я чувствую себя так, словно он натурально порвал меня.

Согласно тетушкиным любовным романам, другие девственницы в такой ситуации подождали бы, когда боль утихнет. Они почувствовали бы необходимость в том, чтобы партнер замедлился, позволяя привыкнуть.

Я хочу, чтобы это продолжалось.

Боль. Я хочу, чтобы боль осталась.

Мое тело выгибается навстречу телу Эйдена. Я сжимаю его плечи так крепко, что ногти впиваются в кожу.

Он замирает, встречаясь с моими глазами, и рычит.

– Ты девственница? Как, черт возьми, ты можешь быть девственницей? Почему ты…

– Н-не останавливайся. – Я обрываю его, медленно покачивая бедрами. – Бери.

Я хочу, чтобы он был жесток со мной, потому что мне нужна боль, я не знаю почему, но я просто хочу ее.

Боль означает, что я жива. Я живу этим моментом.

Учитывая грубый характер Эйдена, я ожидала, что он примет приглашение.

Вместо этого он плавно двигает бедрами вперед, его толчки мягкие, как будто он ждет, пока я привыкну к нему.

Затем… он целует меня.

Страстно, но нежно. Наши языки танцуют в эротическом, медленном танце. Он отпускает мою шею и притягивает к себе, так что я оказываюсь сидящей у него на коленях. Новая глубина проникновения заставляет мои колени дрожать.

Его толчки становятся медленными, глубокими и сводящими с ума.

Я хотела боли, но получила эйфорию, даже не подозревая, что так нуждалась в ней.

Эйден разрушил иллюзию, которая у меня была. Он сломал ее и швырнул на землю.

Что-то внутри меня дает трещину.

Мои пальцы запутываются в его волосах, и я целую его в ответ с такой же страстью. Я встречаю нежное покачивание его бедер своими.

Кажется, целую вечность мы целуемся, позволяя нашим телам привыкнуть друг к другу. Мы целуемся так, словно это наш последний поцелуй в жизни.

Как будто случится катастрофа, если мы перестанем целоваться.

Я пытаюсь уговорить его действовать жестче, дергая за волосы, но он мягко откидывает мои волосы за спину, молча давая понять, что не будет выполнять мои приказы.

Наши конечности так переплелись, что я не знаю, где начинается он, а где я. Наши тела покрываются капельками пота, а запах секса витает в воздухе как афродизиак.

Эйден толкается быстрее и резче. Похожий на всхлип стон срывается с моих губ, когда он касается чувствительного места внутри.

Не нарушая своего ритма, Эйден толкает меня, вынуждая упасть на спину. Его руки скользят под мои бедра, и он закидывает обе мои ноги на свои широкие плечи.