А теперь серьезно и очень честно. Где, когда и как ты сделал пересадку легких?

– С чего вы взяли? – деланно удивился Влад.

– Лисовский, – укоризненно протянул граф. – Ну, не держи ты меня за дурака, богом прошу. Я твою медицинскую карту наизусть выучил. После такого ранения выход в космос – это верная смерть. Причем сразу после выхода из шлюза. Так что?

– Это так важно? – нехотя спросил Влад.

– Очень. Если наши заклятые друзья об этом узнают, не миновать тебе судебного обвинения. А нам это совсем не нужно. Пойми, это крючок, на который тебя могут подцепить.

– Это вряд ли, – упрямо покачал головой разведчик. – Об этой тайне знают только двое. Я и тот, кто эту операцию делал. А уж он-то точно молчать будет, как та рыбка.

– Стоп. Хочешь сказать, что операцию тебе ваш гениальный доктор делал? – сообразил Кудасов.

– Он, – кивнул Влад, мрачно скривившись.

– Уже легче, – в очередной раз вздохнул Кудасов. – А теперь слушай меня внимательно. Дело с твоими крокодилами принимает новый оборот.

* * *Известие о проникновении катера-шпиона в аномалию облетело всю империю Ксены раньше, чем линкор успел состыковаться с дредноутом. Едва сойдя с борта корабля, ксеноброн Альказ с ходу оказался в окружении сразу нескольких сотен ксеносов, приветствовавших его восторженным ревом. Растерявшись от такого напора, Альказ удивленно огляделся и, не понимая, что происходит, тихо спросил стоявшего рядом верховного дредноута:

– Что это значит? Ведь ничего еще неизвестно.

– Ты сделал то, что не удавалось трем поколениям командиров кораблей. А главное, все обошлось без потерь.

– Но ведь мы еще ничего толком не знаем. Чему тут радоваться? – не сдавался Альказ.

– Начало. Столько раз пытаться прорваться туда, терять корабли и воинов, а в результате – неизвестность. И только тебе удалось придумать схему, благодаря которой мы смогли получить хоть какую-то информацию. Теперь будет проще.

– Все равно не понимаю этого ликования, – вздохнул Альказ.

– А что тебя не устраивает? – с усмешкой поинтересовался верховный. – Ведь это твой триумф. Наслаждайся.

– Я не нахожу наслаждения в том, чтобы праздновать начало работы. Предпочитаю устраивать праздник после ее окончания, – угрюмо отозвался Альказ и, встопорщив шейный гребень, решительно зашагал сквозь толпу.

Но добраться до своей каюты он не успел. У дверей его перехватил посыльный, скороговоркой сообщив, что ксеноброна ждут в узле связи. Не спрашивая, кто именно собирается с ним разговаривать, Альказ проследовал за посыльным, внутренне готовясь к тяжелому разговору. В том, что разговор предстоит тяжелый, он даже не сомневался. Впрочем, каким еще может быть разговор с начальством.