Шепчу какую-то хрень и чувствую, как внутри меня назревает ярость. Лютая. Вадим слишком далеко зашёл в своих попытках мести, возможно, стоит нанести ему ответный визит?

— Сколько их здесь? — в наш маленький мир врывается Келла со своими вопросами. Но я понимаю, что это важно, поэтому отступаю на шаг от девушки.

Кристина вздрагивает от его голоса, и я обхватываю ее лицо своими ладонями так, чтобы наши взгляды встретились.

— Пожалуйста, сосредоточься сейчас и  скажи, сколько людей здесь было с тобой."

"— Я не знаю, не знаю... Их... в машине было трое, но здесь уже кто-то был, когда мы приехали.

Потом кто-то уехал... не знаю, Марат,  сколько здесь осталось, честно... я хочу домой, пожалуйста...

Последние слова были сказаны с надрывом. Кристина старается держаться, но ей это с трудом удаётся. Слёзы все ещё скатываются из ее глаз, губы подрагивают. На щеке маленький порез, и мне хочется поцеловать каждый миллиметр ее кожи, залечить каждый синяк и ушиб.

— Пора, — командует Келла. — Тачка уже подъехала, птичек погрузили. Нужно уматывать отсюда, пока дорогу окончательно не замело.

— Идем. — Я обнимаю Крис за талию и подталкиваю в сторону ворот.

Нужно вызвать доктора и приказать прислуге подготовить до нашего приезда горячую ванну. Кристина слишком долго пробыла в холоде, скорее всего простуды не миновать, главное – чтобы не было пневмонии.

Она не задаёт вопросов, подчиняется мне, идёт рядом, ссутулившись и вздрагивая от каждого шороха.

— Давай я понесу тебя.

— Нет, все хорошо, я могу идти, — протестует девушка, угрюмо смотря перед собой.

Мы выходим на улицу, и в лицо ударяет колючий порыв ветра. Снежная буря разошлась, надеюсь, мы успеем добраться до посёлка.

В дневном свете Кристина выглядит ещё хуже. Лицо в грязи, ногти содраны, на лице под глазом разливается огромный синяк.

— Кто? — рычу я, резко останавливаясь и сжимая пальцами ее подбородок. Кристина отводит взгляд и пожимает плечами, я же готов без раздумий убить этого ублюдка, особенно если им окажется Руслан.

Я внимательно осматриваю девушку, одежда испачканная, но целая. И от этого становится легче.

— Садись. — Открываю перед ней дверцу и помогаю забраться внутрь внедорожника. Адреналин спадает, и я начинаю чувствовать, насколько холодно на улице.

— А ты? — с испугом спрашивает меня, с силой вцепившись в мою руку.

— Я  никуда не денусь, не волнуйся, дай мне минуту, — улыбаюсь, нежно проводя подушечкой большого пальца по ее подбородку. Хочу сказать, что безумно испугался за неё, но не успеваю. Внезапно раздаётся хлопок и тело пронзает резкая боль.

Кристина кричит, смотря куда-то в область моей руки, я перевожу взгляд и замечаю, как по плечу стекает алая кровь, орошая покрытую белым снегом землю.