– Их дальнейших действий.

– Мы их все равно сейчас из виду потеряем,– сказал он, глядя вслед уходящей лодке.– Надо было их просто обстрелять – может быть, спугнули бы.

– Может быть,– согласился я.– Проблема в том, что я пока стрелять первым не научился. Может, это и банда, а может, какие-нибудь добровольцы своих эвакуируют. Или просто вроде нас – ищут, где чем полезным разжиться, а больше ни до кого им дела нет.

– Может, и так,– исключительно из вежливости согласился Сэм.

Он явно остался при своем мнении, в чем его не упрекаю: оно в значительной степени пересекалось с мнением моим, я от этой публики действительно ничего хорошего не ожидал. Их лодка уходила все дальше и дальше по серой поверхности Гудзона, оставляя за собой расходящуюся волну, и ,когда она практически исчезла из поля зрения, я сказал:

– Уходим.

30 апреля, среда, день. Нью-Йорк Сити, США

Далеко ходить не пришлось – приютил нас яхт-клуб «Линкольн-Харбор», разве что поставили «Проныру» не на собственное место, откуда сперли его намедни, а глубже в док, почти в самый дальний его край. Сами же перебрались на тридцатиметровую яхту «Крыло бури», стоявшую ближе всего ко входу и окончательно добившую нас своей убийственной – не то что показной, а прямо-таки навязчивой роскошью. А заодно порадовавшую заполненным отличным «бузом» [17] баром, который мы быстро и решительно упаковали в найденные сумки: не пропадать же добру, учитывая наличие коллекционных коньяков?

Вынужденная пауза вообще вызвала страсть к мародерству. Пока «вероятный противник» на воде не мелькал, мы с Дрикой облазили соседние лодки, хотя нашли там в основном все то же спиртное и ничего больше полезного. На мертвецов нигде не натыкались, кстати. А вот спиртного стало много – упиться можно. В камбузе одной из лодок я прихватил целую ногу испанского хамона «Белота», еще не начатую, в сетке, которой очень порадовался. Сэм и Дрика, до настоящего момента этого лакомства не пробовавшие, меня откровенно не поняли. Ну и ладно. Тигр тоже не оценил, хоть я ему и не предлагал, а к запаху вообще отнесся брезгливо.

Часа через два нашего сидения в марине я начал сомневаться в том, что решение укрыться было удачным – на реке упорно никого не было. Не уверен, что мы бы справились за это время с перегрузкой воды с прогулочного судна, но продвинулись бы уже далеко. Начал злиться на себя за склонность к перестраховке, и? когда большой «Азимут» вновь появился в поле зрения, двигаясь вниз по течению, скорее даже обрадовался: не ошибся, не дурак. Суетились бы – вляпались.

На этот раз лодка шла неторопливо, держась середины реки.