— Ты шел ко мне из-за этого? Не-е-е-е-т. Давай перейдем сразу к кульминации? Хорошо? К чему эти наводящие вопросы.

— К чему такая спешка?

— Во-о-о-о-т! Наконец, ты видишь суть вещей! — кивнул Захар. — А ты подумай? Думаешь, мы спешим? О нет! Это кульминация. Подготовка закончена и все фигуры на доске. И поверь, Романов, помимо шахмат есть несколько козырей.

— И что это за козыря?

— Ты такой простой, царь. Немудрено. Даже триста лет назад вы были простаками. Но и наш господин готовился.

— Мы уже его останавливали.

— Да? — удивился Захар. — А то я смотрю, у вас так же метеориты падают. Наверное, по остаточному принципу. Но не переживай, царь, на этот мир обратили внимание не только мы…

— Что ты имеешь в виду? — удивился Петр.

— Ох, царь-царь… Глупый Романов, все ответы у тебя под носом, а ты не видишь дальше своего проперданного дивана, — хмыкнул Захар.

— Что ты сказал? — царь подошел ближе к двери.

— Упс, кажется, сболтнул лишнего, — опять улыбнулся Захар. — Может, в следующий раз ты подготовишь правильные вопросы.

После чего Захар начал трястись и орать. Его глаза вспыхнули ядовито-зеленым светом и руны на камне засверкали. Вся комната наполнилась яркими молниями, да так, что ничего уже было не разглядеть.

Директор тюрьмы подошел к царю.

— Эх, Петр Петрович, кажется, ему больше не хочется с вами говорить.

— Хм…

Монтекристов направился к выходу, чтобы активировать следующий уровень, но из-за дальней старой деревянной двери с маленьким окошком с решеткой показались два тускло-зеленых глаза.

— О, надо же, вот уж не ожидал, что ты придешь навестить меня… — раздался старческий болезненный голос.

— Я не к тебе, — не оборачиваясь, ответил Петр, подходя к выходу. — С тобой мне не о чем разговаривать."

"Директор с удивлением посмотрел на дверь. В тот момент когда их глаза пересеклись, по его спине пробежали мурашки. Да, в этой тюрьме куча камер с невероятным уровнем защиты. Но эта единственная, у которой не было никаких обозначающих знаков. Заключенный в ней находился там около трехсот лет. И о его существовании знали единицы.

Как только Петр с директором покинули уровень, человек в камере засмеялся.

— Ха, ты так и не вырос, сынок… Тебе же хуже…

* * *г. Широково.

— Миша, ты уверен, что сейчас подходящее время? — немного смутилась графиня Нахимова.

У меня же не было никаких сомнений. Пока ее состояние не стало еще хуже от этих переживаний, надо хоть немного понять, как устроена ее проблема. Лоре нужен точный анализ.

— Да, я уверен.

Тут же написал сообщение Маше, что приду поздно. Дела князя они такие, могут появиться в любую минуту. Да и моя любимая супруга это понимала и не стала надоедать. Все же она у меня умница.

— Миша, у меня… — графиня развела руками. — Как бы появилось полно забот. Мой муж только что пропал.