Снова поцелуй, только уже в шею, и я тут ж почувствовала, как его рука прошлась по внутренней стороне бедра, а потом и вовсе коснулась пальцем белья. В этот раз мне не захотелось его останавливать. Когда он сдвинул в сторону кружево и с легкостью нашел пульсирующую от напряжения точку и начал вырисовывать вокруг нее круги, мой мозг моментально перешел в ждущий режим. И никакого стеснения, что между моих ног орудует не моя рука – нет, как и чувства протеста. Мне даже не стыдно за то, что под его умелыми движениями пальцев я становлюсь мокрой. До боли закусываю губу, дабы не выдать свое состояние, исходящими от меня полустонами. А он продолжает. Мучительно медленно, технично подводя меня к разрядке. У меня стойкое ощущение, что я не только ерзаю по краю стола, но уже и сама насаживаюсь на его пальцы.

- Ты уже скоро? - шепчет мне на ухо, прикусывая мочку. Я же вместо ответа просто киваю. - Еще раз услышу то, что было сегодня или увижу то, что было вчера, наши с тобой пути разойдутся, - вкрадчиво шепчет мне в губы, резко переставая кружить пальцами по моей плоти.

- Ты о чем вообще? - непонимающе шепчу я, открыв глаза. Мозг затуманен. Еще вот-вот и я бы получила оргазм.

- Я тебе не таксист, коим ты меня представила своему дружочку, это, во-первых. Во-вторых, если я такое неважное дело, - нарочито громко произносит «неважное дело». - То вперед сама доводить себя пальцами как привыкла, ну или позвони ему, может он доведет тебя по телефону. Умелец на все руки и золотой мужчина.

И тут из меня вырывается смех. У меня между ног все пульсирует, а он про какую-то херь.

- Смешно тебе?

- Да. Ты ревнуешь что ли? Бред какой-то. Можно было бы, конечно, сыграть на этом, но не буду. Мы ж не в кино, чтобы ерундой заниматься. Я тебя поняла, вняла и тэ дэ и тэ пэ. Да и дружочек уже понял, что ты не таксист. Расслабься.

Вместо огорчения от того, что Андрей оставил меня ни с чем, я, как ни странно, продолжаю улыбаться. И даже рада тому, что он остановился. Я и без того сейчас достаточно насыщена такими ласками. Хочу другого. Его хочу. Именно поэтому, я тянусь к рубашке Андрея и, не раздумывая, расстегиваю на ней пуговицы. Это выходит без заминок, как будто я всю жизнь занималась раздеванием мужиков. Я хочу почувствовать его тело. Желательно все. Прижаться к нему, а еще лучше оказаться под ним. Жаль, что здесь это неосуществимо. Но хотя бы так. Это ведь не последняя наша встреча. Снимаю с него рубашку и, цепляясь за его плечи, впиваю ногти в кожу. Внутри меня просыпается что-то необъяснимое, мне хочется оставить на нем метку точно так же, как и он на мне. Оставлять засос не хочу, а вот ногти самое то. Вот это чисто бабское. Ну а я же женщина – вот и получай. На мои «метки» Андрей, к слову, лишь усмехнулся. А я продолжила путешествие своими руками по его телу.