Корпорацию «Нефтяник» трогать нам запретили, причем запрет исходит с самого высокого уровня. Скажу вам больше: «Нефтяник» готовится на роль официального спонсора ряда важных государственных программ, а также правящей партии на следующих выборах в Госдуму. Для этого она должна быть чиста, как слеза младенца, потому что Счетная палата с нее глаз спускать не будет. Руководство «Нефтяника» получило негласное указание до конца этого года избавиться от всех денег, происхождение которых может вызвать нежелательные вопросы. При этом им была гарантирована определенная… не то чтобы неприкосновенность, но слепота компетентных органов. Ведите себя прилично и негромко, а мы по своей инициативе к вам не полезем. Если только вы сами не допустите, чтобы от вас пошел запашок. Поэтому неожиданное поведение Канунникова оказалось для них опасным.

- Ну и что будем делать? Повесим убийства Погодиной и Щеколдина как нераскрытые, а убийство Канунникова пусть висит на смолянах?

- От вас зависит, Анастасия Павловна. Как вы решите, так и будет.

- То есть как? - она вытаращила глаза на начальника.

С каких это пор подобные вопросы решают оперативники? Испокон веку такие проблемы были делом руководителей. Они принимали решение, а оперативный состав их тупо исполнял, и никого никогда особо не интересовало, что они при этом чувствуют.

- Мы можем торговаться. Просто вам это не приходило в голову. Мы можем выставить им встречное условие: если не хотите, чтобы название корпорации фигурировало в одном контексте с тремя убийствами, отдайте нам Сайкина с другим мотивом преступления. С каким угодно. Можете придумать ревность, месть или еще что-нибудь, но дайте нам посадить убийцу. И с его адвокатом договаривайтесь сами, чтобы не сломал игру. Как вам такой торг?

Настя ошеломленно слушала Большакова. Ей даже на мгновение показалось, что все вернулось и перед ней сидит не новый шеф, а любимый Колобок-Гордеев. Несколько лет, проведенных под началом Афони, заставили ее забыть о том, что бывает и так. И тут ее осенило! Ну конечно, это Колобок ему и подсказал. Ведь она, как и просил Большаков, звонила Гордееву, и тот, поудивлявшись немного, согласился встретиться с новым начальником отдела. Значит, они встречались, и, судя по всему, не один раз.

- Вы уверены, что они пойдут на это? - осторожно спросила она.

- У них выхода нет, - спокойно и твердо ответил Константин Георгиевич. - Допустим, на нас с вами можно надавить. Но им не повезло со следователем. На Давыдова давить бесполезно. Он на такие сделки не идет. Вы ему раздобыли прорву информации, и он за здорово живешь не станет делать вид, что ее никогда не было.

- Откуда вы знаете?

- Я знаю, - мягко сказал Большаков и повторил: - Я точно знаю. Можете мне поверить.