Оперативная информация на Щеколдина имелась не только по месту жительства, но и у сыщиков, обслуживавших Тверскую улицу в районе кинотеатра «Пушкинский». Именно там, в подземном переходе, тусовались по вечерам мелкие сбытчики наркотиков и те, кому нужна доза. Чигрик попал на заметку давно, но у него хватало ума и ловкости либо не попадаться с поличным, либо, если уж проруха на старуху все-таки обрушивалась, выкручиваться и выходить сухим из воды. Один раз, правда, крупно не повезло, увернуться не удалось, и Чигрик все-таки оказался в зале суда, но суд проявил к нему невиданную снисходительность и ограничился всего лишь условным сроком.

В свете информации о связи Чигрика с Павлом Седовым это не казалось удивительным."

"Стаж наркопотребления у Чигрика был солидным, семь лет, и это, конечно же, не могло не сказаться на его здоровье и, главным образом, на особенностях мышления и мировосприятия. По физическому статусу он был худ и слабосилен, а по интеллектуальному - самоуверен, лжив, хвастлив и легкомыслен, считал себя жутко умным и был убежден, что обычная судьба наркомана и наркодилера его минует, поскольку он не такой, как все, он - особенный.

В те моменты, когда у него не было денег, он полагал, что это исключительно злокозненный поворот судьбы, а вовсе не закономерное следствие жизни неработающего бездельника, и начинал строить какие-то невероятные планы немедленного обогащения. Планами этими щедро делился с приятелями, такими же, как он сам, на каждом углу с многозначительной миной заявляя, что скоро все будет тип-топчик и у него заведутся немереные бабки. Откуда они возьмутся, Чигрик в подробностях не рассказывал, но всячески намекал на источник благостного обогащения. В одних случаях в качестве источника фигурировал некий новый знакомый, который просто-таки упал в обморок от необыкновенных талантов Алеши Щеколдина и собрался немедленно устроить его на работу в собственную фирму, где ему будут платить по тысяче долларов в месяц. В других случаях Чигрик повествовал об «одной услуге», которую его попросили оказать и за которую обещали хорошо заплатить. Что из его рассказов было правдой, никто точно не знал, но деньги у него действительно периодически появлялись. В последние примерно года полтора фантастические источники поиссякли, мозги у Чигрика стали отказывать напрочь, он скатился к обычной жизни наркомана, ворующего из собственного дома деньги и вещи, чтобы купить дозу, и участвующего в традиционно «наркоманских» кражах из автомобилей, отнимал у подростков мобильные телефоны (со взрослыми он в силу физической хилости связываться опасался, на это его прогнивших мозгов все-таки хватало), а у стариков - пенсии, подкарауливая их возле отделений Сбербанка.