– Нет, разговор был гораздо раньше, в пятницу.

– Вот как! – Надежда задумалась.

И в пятницу же вечером Ольга узнала, что умерла свекровь Раисы Колодной, так что подозрения, угнездившиеся в ее душе при рассказе Лены, перешли в уверенность. Она забрала баночку с кремом и отдала на анализ. Вот только куда она ее потом дела? Потому что никто посторонний не мог ее взять из домика на зеркальном озере, никто про это не знал. И уборщица не могла этого сделать, поскольку, судя по пыли, она никогда в домик не заглядывала. Надежда поняла, что Ольга ее просто-напросто обманула.

– Я не знал, как поступить, – продолжил Артемий, – не знал, можно ли верить в эту странную историю. Ведь «Ликофарм» – очень солидная фирма, я не мог допустить и мысли, что их продукция может быть недоброкачественной, а тем более – опасной для здоровья.

– Так вы промаялись до следующего дня, – продолжила за него Надежда, – а во вторник утром поехали к Ольге домой…

– Ну да, я хотел поговорить с ней без свидетелей и потребовать, чтобы она вернула список и крем…

– Понятно, – Надежда кивнула, – но дома вы ее не застали и отправились на работу. А потом вас около этого ресторана похитили люди в черном…

– Ну почему похитили? – Артемий пожал плечами. – Просто попросили поехать с ними для конфиденциального разговора… конечно, они сделали это не в самой вежливой форме…

– Со стороны это выглядело как самое настоящее похищение! И что с вами делали там, на Киевской?

– Да ничего со мной не делали! Их начальник службы безопасности извинился за грубость своих подчиненных и попросил рассказать все, что я знаю об этом злополучном креме и об истории со списком. Я все рассказал ему, и то, что узнал от Лены, и про список…

– И это его удовлетворило?

– Вполне! Он очень внимательно меня выслушал, кое-что записал и пообещал, что сам разберется со всей этой историей. К сожалению, как я уже говорил, из компьютера список непостижимым образом исчез.

– Ольга его стерла, а заодно и все программы…

– Она была настроена очень серьезно, – с грустью подтвердил Артемий, – из разговора я мог понять, что она требовала за информацию о списке много денег…

– И к вам не применяли никаких… силовых методов? Как это называется – «допрос с пристрастием»?

Надежда вспомнила темные коридоры склада, подозрительных людей в черных костюмах и доносящиеся из-за закрытой двери стоны. Тогда она подозревала, что именно там, за этой дверью, допрашивают ее теперешнего собеседника или еще какого-нибудь несчастного. Теперь же не знала, что и думать.

– Да что вы выдумываете? – Артемий удивленно взглянул на Надежду. – Это же не колумбийская наркомафия! Вполне приличные люди, занимаются чистым, цивилизованным бизнесом!

– Но люди-то умирают! – воскликнула Надежда.