Это не говоря о возможности, что они попросту разом наваляться… в этом случае у меня совершенно точно не будет ни шанса…

Вот только… почему же они до сих пор не нападают?

Они ведь за всё это время даже не приблизились ко мне. А я ведь только что убил одного из них прямо на их глазах… Они, конечно, не люди и не испытывают чувств, вроде сожаления и желания отомстить за своего сородича, однако даже так — их это должно было, как минимум, разозлить. Да и даже если это не так, то один хер кто-нибудь из них должен был хотя бы просто так захотеть меня убить, а поскольку одержимые всегда движимы подобными желаниями, то вообще непонятно, почему я до сих пор жив…

Разве что… ими сейчас движет какое-то другое, более веское желание.

Например… желание выжить…

И подумал я об этом, пока ко мне подходил один из одержимых…

Мужчина лет сорока пяти, выше меня примерно на голову, огромное накаченное тело, длинные светло-платиновые волосы, спадающие на спину, и одновременно грубое и утончённое лицо со светло-платиновой бородой и глазами, что темнее любой ночи.

А помимо этого у него отсутствуют рога и хвост, что говорит о том, что он относиться к самым сильным одержимым — к одержимым третьего ранга, что считаются невероятно редкими, потому как ими становятся в основном аристократы.

Одержимые же делятся на три ранга: первого ранга имеют демонические рога и хвост, второго ранга — демонические крылья, а одержимые третьего ранга — могут скрывать это всё.

И если я до этого сражался только с одержимыми первого ранга, и то — с большим трудом побеждая их, то этот одержимый… он превосходит их в чистой силе раза в три точно, не говоря уже о применении Дара, в котором он их превосходит в десятки раз.

И пускай только увидев его, я понял, кого тут бояться все остальные одержимые, я всё равно наставил на него ствол.

— Хм… — задумчиво почесал он свою бороду, смотря на меня своими глазами, что подобны бездне, — необычное решение. Мальчик мой, ты ведь осознаешь, что меня данным… — начал он подбирать слово, — оружием… не убить?

Меня несколько покоробило от его обращения ко мне, однако я не стал упоминать эту тему, ответив:

— Проверим.

— Значит, понимаешь, — спокойно кивнул он сам себе. — Позволь же узнать почему же ты не пытаешься убежать в таком случае?

— А есть смысл?

— Ни поспоришь, — приподнялись краешки его губ в самодовольной улыбке. — И что, теперь собираешься сражаться с нами всеми?"

"Да он, блять, играется со мной! Как кошка с уставшей и полудохлой мышью!

— Всяко лучше, чем просто так сдохнуть.

Он на это ничего не ответил, после чего, наклонившись, поднял с плиты небольшой камешек, поместил его меж пальцев… а в следующий миг позади меня раздался оглушительный грохот от разрушений.