— Ты подкатывал к моей жене, не имея права. Любишь брать запрещённое? Но сейчас я этого тебе не позволю."

"— И запрещённое, и разрешённое брал. И буду брать. Ты меня не остановишь, если она сама захочет того же самого, что и я. А ей нравится быть подо мной, в курсе? Нравится, когда я вытрахиваю из неё громкие стоны.

— Иди на хуй. Моё терпение лопнуло. Я готов плюнуть на всё и прикончить тебя голыми руками, — ровным голосом говорит Сергей. — Я спас тебе жизнь, могу и отнять.

— Серёж, не надо! — прошу я. — Я просто хочу отдохнуть. Мне нужно подумать и уложить всё в своей голове.

Там сейчас хаос.

— Квартира твоих родителей пустует. Последний раз там непонятно когда убирались.

— Значит, мне будет, чем занять себя. Отвези меня?

Сергей соглашается, переплетая свои пальцы с моими, обнимает.

— Отвезу. Помогу вспомнить, как всё начиналось.

— Нет, Серёж. Я просто хочу побыть одна. И без тебя тоже, — говорю я, высвобождаясь из его объятий.

Стас не двигается с места. Стоит такой же незыблемой, мрачной скалой. Неожиданно для себя я обнимаю и его.

В голове не укладывается, как они оба позволили затянуть себя в мир моих изменённых воспоминаний.

И тем более непонятно, кому из них было сложнее?

Сергею, знающему, что рядом со мной постоянно находился его друг?

Или Стасу, знающему, что в каждом его поступке я своего мужа, Сергея?

Стас стискивает меня до хруста, злым волком глядя на Сергея.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Стас, не надо, — прошу я. — У меня от тебя мороз по коже.

— Да, — отвечает он с низкой, сексуальной хрипотцой в голосе. — Мороз по коже, а льнёшь ко мне.

Нам так хорошо вдвоём, знаешь? Знаешь. Напоминай себе об этом почаще.

Он резко отпускает руки и прячет широкие ладони в карманах джинсов.

— Иди, — отправляет меня прочь. — Но я всё равно буду рядом.

45. Ирина

В квартире родителей воздух сухой и немного затхлый. Я распахиваю настежь все окна, чтобы проветрить комнаты. Сергей шуршит пакетами, ставя их на кухне.

Обвожу взглядом стены родного дома. Немного щемит сердце от мысли родителях, погибших в аварии.

Но это квартира хранит в себе и другие воспоминания.

Они уже шепчутся у меня за спиной и едва ощутимо ерошат волосы на затылке.

Рано или поздно они ко мне вернутся. Пока только вспыхивает то звук смеха, то мелкие детали вроде торта с безумно красивыми яркими бабочками.

Сергей словно чувствует моё настроение. Он знает меня. Наверное, даже лучше, чем я саму себя. Он сразу же обхватывает руками и начинает гладить горячими ладонями спину, словно успокаивая.

— Серёжа, прекрати… — прошу, когда его пальцы начали разминать ягодицы, приближая меня к себе.