И ты… ты же хочешь…

Встает у меня в ногах и стягивает остатки одежды с моего дрожащего тела.

– Замерзла? – спрашивает. – Давай я согрею тебя.

Ложится на меня полностью. Берет руками мое лицо. И целует. Глаза, лоб, щеки. И губы. Впивается в них, лишая меня возможности дышать. Нежно, но с напором терзает мои губы, облизывает их. А потом прикусывает нижнюю губу и немного оттягивает.

Я стону ему в рот и он опять улыбается.

Просовывает язык в меня и сильно толкается. А я безвольно лишь позволяю ему делать все это.

– Зайка моя, – шепчет он, проходясь руками по моему телу.

Приподнимается и ловко переворачивает меня на живот. Я пытаюсь перевернуться назад, но Давид удерживает меня.

– Не бойся, – раздается у самого уха. – Ты знаешь, что я самый лучший массажист?

Прикусывает мочку уха и я поджимаю плечи от удовольствия.

– Тебе надо расслабиться, – все также тихо говорит Давид.

Чувствую, как он садится мне на попу и в меня упирается его возбужденный член в штанах. Он такой твердый и… огромный. Я попой ощущаю всю его мощь. И мне опять становится страшно – он же не войдет в меня. Такой большой точно не войдет.

Пробую пошевелиться, но силы оставляют меня, когда руки Давида убирают мои волосы с шеи и он целует меня туда. Едва касаясь. Пытаюсь сдержаться, но все равно глухой стон вырывается из груди.

А Давид продолжает. Губами ведет вниз по позвоночнику, покалывая кожу своей легкой щетиной. Я извиваюсь и тихонько стону в ответ."

"– Господи, зайка, ты так заводишься, – слышу сверху. – У тебя, где не тронь, пожар. Как же ты дожила без секса до меня?

Я прихожу в себя. Недовольно выдыхаю:

– Только не думай, что для тебя берегла!

Давид смеется.

– А достанешься мне.

Хватает меня и опять переворачивает к себе лицом. Раздвигает ноги и встает между ними. Наклоняется и опять впивается в мои губы. Руками мнет грудь.

– Василиса, – рычит мне в рот.

Поднимается и начинает быстро расстегивать брюки. Часто дышит и смотрит на меня пугающим взглядом. И я опять начинаю бояться его. Этого его взгляда. Взгляда хищника. Охотника.

А он тем временем спускает брюки, стягивает их с себя. Мой взгляд сам опускается на огромный бугор в его боксерах. Я с ужасом смотрю, как он спускает и их и оттуда выпрыгивает член.

Большой, толстый, с хорошо различимыми венками. А еще там яйца! И они двигаются! То сжимаются, то опять расслабляются.

– Насмотрелась? – усмехается Давид и надвигается на меня.

Я приподнимаюсь на локтях и пытаюсь отползти.

– Нет, Давид, он слишком большой для меня, – я говорю то, что думаю, но это вызывает у Давида лишь улыбку.

– Не бойся, зайчонок, – Давид хватает меня за ногу и удерживает.

Наклоняется и почти ложится на меня. Его каменный член упирается мне в складки.