Етфа уталось! Просто мадам не сахотела потнимать шум. Хорошо, что дело не тошло то госпожи начальницы института! Са такое могли бы и исключить. Теперь притётса начинть фсё с начала и трудитса ещё больше. Натеюсь фы не притумали себе, что фсё пропало и шансоф больше нет? — она строго и испытующе посмотрела на меня.

— Ни в коем случае! — заверила её я, состроив максимально убедительную физиономию.

Тем более, что сдаваться я и в самом деле не собиралась. Не подумайте, что я такая прям вся из себя стальная и нисколько не опечалившись пережила всю эту катавасию, бодро решив, что море — по колено и это не стоит моих переживаний. Ещё как пригорюнилась. Даже немного втихушку порыдала.

Просто не позволила себе расклеиться и урониться в глазах столько уже сделавшей для меня Марты. Опять же спортивное прошлое помогало ""держать удар"". Опыт былых не только побед, но и поражений давно научил пониманию, что это — ещё не конец.

Опять же вариантов-то других не было. Не знаю как, но предстояло исхитриться и наверстать потерянное.

— Фот и хорошо, тефочка. Для того, чтобы тостойно устроить сфою сутьбу тефушке, не имеющей поттершки семьи, нушно иметь оччень стойкий характер. Я рада, что не ошиплась ф отношении фас. — удовлетворённо кивнув на моё заявление, Марта немного успокоилась и переключилась в конструктивное русло решения возникшей проблемы, — Нам нушно притумать эффектный хот. Такой, что смошет протфинуть фас фперёт.

— Что это могло бы быть? Я готова пробовать любые варианты и работать столько, сколько нужно.

— Не снаю, Алиса. — она выразительно развела руками, округляя глаза.

Вообще, надо сказать, фройляйн обладала на редкость интересной, экспрессивной мимикой, и когда не надо было держать суровое лицо — одно удовольствие за ней наблюдать.

— Не снаю. Но! У нас ещё есть фремя хорошенечко потумать.

Я с утроенной силой взялась за учёбу и освоение хороших манер — здесь это было едва ли не важнее, чем уровень знаний. А институт готовился к празднованию нового года.

Вообще, к этому празднику начинали готовиться заранее. Эти дни были единственными, когда воспитанницам дозволялось снять однообразную форму и блеснуть фантазией. Классные дамы и родственники закупали всё необходимое для изготовления костюмов и институтки сами придумывали и ваяли для себя наряды.

Единственным железным условием было — чтобы в итоге всё это не оказалось слишком дорогим. Здесь всё-таки стремились уравнять состоятельных наследниц и девочек из небогатых семей, либо тех, у которых вообще таковых не имелось.