В этом мне отлично помогает сын.

Они с Алинкой здорово поладили и почти не ссорятся.

— Отлично. Вот вам ваша выписка, будьте здоровы. Ждем вас через полгода к нам на проверку.

Я протягиваю руку и забирю белый листочек. Запихиваю его в папку, а папку кладу в сумку. Я купила ее на распродаже. Мы с сыном гуляли по торговому центру, и я увидела ее на витрине. Стоит, конечно, безумно дорого, но Ирина сказала брать и не думать.

— Деньги у тебя есть, почему ты должна себе отказывать?

Уговорить меня было сложно. Ей пришлось привести множество доводов, чтобы я, все-таки согласилась и все равно сейчас жалею. Вдруг Дамиру деньги нужны там, на родине, а я здесь… транжирю их направо и налево. Сдалась мне эту сумка, господи.

Из кабинета выхожу почему-то расстроенной.

Ирина с Алинкой и Кириллом ждут меня у кабинета.

Дети улыбаются при виде меня, Ирина словно чувствует мое настроение и вопросительно смотрит. Я мотаю головой, давая понять, что ничего не хочу объяснять.

Не при детях.

Они не должны видеть, что мне плохо, что я расстроенная, да и о глупостях я думаю.

Нужно подумать о том, как все узнать. Отпускать Ирину одну я не планирую.

Дамир ведь просил присмотреть за мамой тоже. Но и как удержать взрослую женщину в другой стране, не имею ни малейшего понятия."

"Она вправе сама решать, что ей делать. Сама думать, как жить. Я не могу закрыть ее в доме, поэтому мой мозг ищет все возможные варианты выхода и… ничего не находит.

Я запуталась. Что делать — не знаю.

Начинаю злиться на Дамира за то, что он вот так нас оставил. Оставил меня одну с ребенком. Как он мог вообще?

Я разве заслужила?

Следом злость утихает и ей на смену приходят переживания. Что если… если с ним что-то случилось? Вдруг он лежит, так же, как и его отец где-то в больнице.

Или… или хуже.

Господи, даже думать о подобном страшно, не говоря уже о том, чтобы переживать такое.

Мы с Ириной выходим из больницы вместе. Погода здесь прекрасная, светит солнце и мне кажется, что это даже на прохожих отражается. Они проходят мимо с улыбкой на лице. Счастливые и довольные.

Я прожила здесь месяц и мне кажется, что здесь люди другие. Вначале я видела эту разницу только в клинике, но ведь и денег за лечение мы заплатили немало.

Если бы за такую сумму врачи здесь хамили, я бы очень удивилась, но оказывается, это просто такое окружение. Здесь не принято чувствовать вседозволенность и раскрепощенность.

— Папа! — вдруг кричит Кирилл и из рук вырывается.

Я отреагировать не успеваю. Замечталась, глядя на прохожих. Поворачиваюсь к Кириллу. Он бежит по тротуару прямо к… Дамиру. Господи…

Я быстро дочку на руки подхватываю и к нему несусь. Забываю обо всем на свете.

О беременности вспоминаю только тогда, когда Дамир забирает у меня малышку и смотрит на меня укоризненно.