На экране имя моего друга. Мелодию надо бы сменить. Поставил, когда проспорил. Вот так же сидели с друзьями в баре и надо было мне поспорить, что смогу за пятнадцать минут уломать девушку поехать со мной. Проспорил. Она согласилась через двадцать минут. Спор — это явно не мое.

“Саша, милый я люблю тебя”

— Что тебе? — беру я трубку.

— Трубку Ромычу верни.

— Это я.

— Почему голос убитый?

— Сань, у тебя что-то по делу? Или просто так звонишь? Если да, то соррян, мне некогда, — собираюсь я уже положить трубку.

— Стой. Ты где?

— В баре. Нашем.

— Буду через пятнадцать минут.

Саня, как и обещал, приехал через пятнадцать минут. Пунктуальный, чтоб его. Мы с ним дружим с первого класса. Как в бригаде, только никаких бандитов, наркоты и политики. Вру, наркота была. Именно с Саней мы набивали шишки, учились драться, делить девчонок. Хотя не всегда наша дружба была гладкой. Бывало всякое. Но, наверно, мне повезло иметь друга, который вот, бл*ть, сейчас стоит и смотрит на меня, прожигает. Ну что? Плохо мне!

— Ну что?

— Это хотя бы первая бутылка? — обращается он к бармену.

— Ты совсем чтоль? Если бы была вторая, то я бы валялся вон под тем диваном, — указываю я в сторону.

Мыль мне эта нравится.

— Уже лучше. Поделишься?

Мужская дружба, возможно, более крепкая. Все личные отношения на то и личные, что даже другу не будешь рассказывать. Мы не осуждаем и не даем советов. Зря. Наверное.

— … Настя ушла.

Еще один выстрел. Одно дело понимать где-то внутри себя, думать об этом, рассуждать, другое — озвучить вслух. Это больнее, потому что когда ты это сказал, ты поставил точку. Сам.

— Ты поэтому пьешь? Завтра же другую подцепишь. Если не сегодня… — переводит он взгляд на ту рыженькую напротив нас, тоже заметил ее.

— Я вот все думаю, что в ней особенного…

— В той рыженькой? Для меня ничего особенного.

Саня садится рядом и заказывает себе порцию виски. Бутылку оставил мне в личное пользование.

— …Настя. Что в ней особенного? Я когда ее увидел, у меня ничего не дрогнуло. Никакой симпатии, вообще. Маленькая, с конопушками. Никогда их не любил. Смотрит такими доверчивыми глазами, что хочется увести за ручку к маме и передать из рук в руки. А потом… Не знаю, когда все изменилось.

Просто тянуть к ней начало. Ты знаешь, что она первая пригласила меня на свидание. Первая, бл*ть. Меня!

— И куда?

— В парк аттракционов, — улыбнулся я, — я с ней на колесе катался. Она сама взяла меня за руку и потянула туда, а я как подросток пошел, куда велено. Страшно было жуть. Но и хорошо. С ней было хорошо.

— Ромыч, ты меня поражаешь все больше и больше.

— Сам себе удивляюсь.

Та рыженькая встала и куда-то удалилась. Раньше бы начал искать ее глазами, чтобы не потерять из виду. А сейчас ничего.