Рома не выглядит раздраженным и злым, что придется ни свет ни заря везти меня в аэропорт. Признаться, я бы и сама доехала, вызвав такси. В его глазах печать.

— Насть, — он берет меня за руку и подводит к себе, чтобы обнять, — я не умею говорить какие-то слова про чувства и прочую х*рню…

— Рома, только ты мог такое сказать, — почему даже от этих нелепых слов я улыбаюсь.

— Я никогда в своей жизни никого не любил. Симпатия — была, желание — было, но чтобы так глубоко кто-то засел — ни разу. И я не знаю, что значит любить. Но то, что я испытываю по отношению к тебе не поддается описанию. Я не могу объяснить, что у меня здесь, — он показывает куда-то в область сердца, — Только знаю, что мне с тобой хорошо, а без тебя пи*дец, как плохо. Ты поселилась у меня внутри, мысли только о тебе, их, бл*ть, ничем не вытравить. Когда и почему такое произошло, я не знаю. Да и не хочу уже знать. Только уверен, что ты мне нужна. Может это и есть любовь? Когда без другого человека уже не представляешь свою жизнь…

Рома не выпускает меня из своих объятий, он вдыхает запах моих волос и запускает в них пальцы. В этом жесте нет ни грамма похоти и желания, только нежность, которую он готов дарить.

— Рома, я… хочу тебе верить, но пока не могу. Мне безумно хорошо с тобой, я даже задумалась над тем, чтобы остаться с тобой, но нет…. в голове до сих пор голос “он поспорил на тебя”. Если для тебя так просто поиграть с чувствами, где гарантии, что ты так же легко не отмахнешься от меня потом?

Больно это говорить ему, когда внутри от его слов разливается тепло — он меня любит. Но дважды обжечься для меня будет сравни самоубийству.

— Мне нужно время, Рома.

Я ухожу в коридор, так и не притронувшись к своей чашке кофе, которую Рома сварил для меня. Рома идет следом. Мы молча обуваемся и выходим на улицу. До аэропорта мы доезжаем довольно быстро, за час. В здании полно народа, и не скажешь, что утро. У аэропортов нет перерыва, здесь всегда нескончаемый поток людей.

Рядом со стойкой регистрации я вижу маму. Она держит в руках небольшую спортивную сумку и маленький рюкзачок. Мама высматривает кого-то в толпе, а потом, найдя меня, машет рукой. Как только я делаю шаг в ее сторону, чувствую, как Рома удерживает меня за руку. Еще секунда и я подумаю, что он действительно меня никуда не отпустит. А еще спустя две секунды я сама пойду за ним, куда бы он меня ни повел.

— Настя… я буду тебя ждать. У тебя есть время. Сколько надо, столько и бери. Только не уходи от меня. Прошу.

Передо мной стоит мужчина, у которого открыто сердце, он открыл его для меня. Вот так просто, не боясь сломаться и не стремясь сломать.

Ничего не говоря, я отпускаю его руку, которую все-таки он слегка удерживает и иду в сторону стоек регистрации, обнимаю маму, подаю документы.