И музыкальный бит, которые проникает в клетки, и легкая расслабленность, особенно после бокала вина, ничего не значащие разговоры, а главное, что чувства сейчас притупляются, нет ни боли, ни отчаяние, я больше не та маленькая девочка, что сильно обидели и которой очень больно вот здесь, где сердце. Растоптанные чувства? Нет, их нет, они испарились, как пары алкоголя.

— Идем танцевать, — слышу я голос Карины.

Танцы — не самая сильная моя сторона, но когда ты хочешь отдаться музыке, когда слышишь каждый бит, когда твое тело откликается и движется в такт, становится не важным, что вокруг люди и они могу оценивать тебя. Все неважно. Есть только я, эта музыка и этот танцпол. Я начинаю плавно двигать бедрами, ловя ритм и такт, обхватывать себя руками, а потом поднимать их вверх. Мысли уносятся вдаль, они мне не нужны, с каждым движением наступает легкость и свобода, которую я так жду. Вижу, как рядом девушки танцуют лучше и зазывнее, чем я, но мне все равно. Я наконец-то растворяюсь.

“Почему?”

У меня к нему только один вопрос: почему?

Наверно, бокал выпитого вина на голодный желудок не такая уж и хорошая идея, раз я беру телефон и отправляю ему сообщение с этим вопросом. В трезвом состоянии я бы никогда не осмелилась снова ему написать. А сейчас, мне кажется, что я смогу, я выдержу ответ и, если надо, выдержу его взгляд.

“Потому что придурок. Я не знал, как ты мне станешь дорога”

Дорога. Что значит быть дорогой? Быть близкой, единственной, самой ценной? Или быть дорогой игрушкой? Мы с ним из разных миров. Он привык, что любая по щелчку его пальцев окажется рядом с ним, готовая, обнаженная. Красивая до умопомрачения и соблазнительная. Не как я. Я такой быть не умею. И, наверно, не хочу. Я же жду принца. Из сказки, который вызволит меня из заточения, пусть и мнимого, поцелует и разбудит ото сна. Но сказки нет, как я поняла. А все вокруг сплошная декорация, а актеры обыкновенные люди с земными желаниями и проблемами.

“Хочу тебя увидеть”

“Клуб Затмение”, зачем-то пишу я. А потом выключаю телефон. Дура, которая не умеет быть с мужчиной.

— Настя, с тебя не сводит глаз Марат, — шепчет мне на ухо Карина.

Марат высокий, худощавый блондин с карими глазами. Такое непривычное сочетание. Блондин и кареглазый. Может это линзы? Но нет, я, как человек, который знает о линзах все, вижу, что это натуральный цвет глаз. Странно, это цепляет.

Я заказываю еще бокал вина, который осушаю в пару глотков. Это развязывает мой язык, а тело расслабляется еще больше. Я кажусь себе очень красивой в этом коротком плате и на высоких каблуках, которые одолжила мне Карина. Хорошо, что размер обуви у нас один.

— Марат, а ты учишься? — спрашиваю я."

"— Нет, Настя.