К тому моменту, когда распорядитель турнира вышел на ринг, у меня от волнения уже ладони вспотели. Что за приколы тянуть по двадцать минут? Так и переволноваться можно!

— Итак, объявляются пары на полуфинал в младшей группе! — громко объявил он. — Темников-Вильсон и Соловьев-Рахманинов!

После этих слов волнение мгновенно спало. Ну вот и встретимся мы с Христофором в честном поединке. Ему все не терпелось надавать мне по заднице — теперь ему представится такая возможность.

Кто там будет драться в финалах старшей группы я даже не слышал, все мое внимание было сосредоточено на Вильсоне, который смотрел на меня таким взглядом, как будто он уже выиграл. Сейчас самое главное, дать ему понять, что боятся его только первокурсники, да и то не все. Расстояние между нами было существенное, но я все-таки рискнул применить против него Страх и помахал рукой.

Не знаю, что именно сработало, но улыбаться он перестал. Как-то стушевался и забегал глазами по сторонам, делая вид, что он вовсе и не смотрел в мою сторону. Вот урод! Будет тебе наука!

Пока мы сражались с Вильсоном взглядами, Нарышкин с Шуйским тоже не отставали от нас и смотрели друг на друга как волки, готовые разодрать противника в клочья."

"В общем, обычная такая обстановка перед боем, в котором должны встретиться два человека, ненавидящие друг друга. Хотя нет, ненависть для Вильсона, это слишком круто, до этого он еще не дорос. Пока я его просто презирал, а там видно будет.

Наша пара была первой и по факту мы открывали сегодняшний турнирный день, что было лишним поводом для волнения. Все-таки намного проще выходить на ринг, когда несколько боев уже прошло. Не знаю почему, но это работало именно так.

Пока мы разминались, со всех сторон раздавались оглушительные крики зрителей, которых собралось никак не меньше чем вчера, когда Лешка дрался с Шуйским. Преподаватели почти в полном составе, Борис заглядывает в окно…

В этот момент звучит предварительный звуковой сигнал, который означает, что через тридцать секунд начнется бой. Я закрываю глаза и пытаюсь полностью сосредоточиться на своих ощущениях, как учил Ткач.

Шум толпы немного стихает и теперь он просто фон. Я открываю глаза и внимательно смотрю на Вильсона, который занимает свою позицию. Вот наступает момент, когда мы должны кивнуть друг другу в знак приветствия, но никто из нас этого не делает. Не хватало!

Еще один звуковой сигнал и бой начинается.

В ушах стучит кровь, движения становятся плавными и теперь главное — хорошо отработать глазами. Понять, что он будет делать и принять решение. Ощущения… Очень важно сейчас — мои ощущения…

Понемногу я начинаю понимать Вильсона. Хоть он изо всех сил старается не показать этого, но мне отлично видно, что он нервничает. Причем сильно нервничает.