– Должна признать, что даже через камеру вижу некоторое сходство.

– Ну спасибо! Не знал, что я похож на полнощекую булочку!

– Господи, Максим, ну при чем тут это! Ты посмотри на ее глаза! – воскликнула она.

– Да ладно, Надь. Мало ли похожих глаз. Вот сделаю тест и буду знать наверняка…

Узнать-то я, конечно, узнаю, но вот что делать с последствиями? Взял ребенка и на вытянутых руках уставился в глаза.

– Так ты моя дочь? – спросил с сомнением и нахмурился.

Малышка забарахтала ножками и сложила губки бантиком. Загулила и потянула ко мне руки. Прижал ее к себе и похлопал по спинке. Ощущение теплого детского тельца не было похоже ни на что то, что я испытывал ранее. А если это мой ребенок? Я что, всерьез полагаю, что она моя? А дальше что? Оставить и воспитывать? Ну нет. Сначала надо разобраться с ее непутевой мамашей. Тем более умиление и покой длились недолго. Булочка снова огласила гостиную своим криком, и мне пришлось исполнять роль отца…

***"

"В клинике я провел не больше двадцати минут, после чего вместе с девочкой направился в офис. Потрясения потрясениями, а работа не ждет! Несмотря на воскресенье, я не мог не появиться на работе, ведь в отсутствие Багира накопилось немало дел. Еще и эти китайцы, будь они неладны.

– Пожалуйста, поиграй тихонько, – взмолился я, устроив Булочку на удобном диване и обложив игрушками, которые догадался купить по дороге.

– Й-и-и-и… – тут же начала канючить она, и не думая вести себя хорошо. Пока мы ехали в такси, она также капризничала и плакала, делая небольшие перерывы на то, чтобы перевести дух.

– Ну почему ты такая вредная, а? Смотри, как красиво! – покачал я перед ней куклой, одетой в розовое платье. Разве девочкам не нравится подобное? Знаю, она маленькая, но даже маленькие девочки не остаются равнодушными к ярким куклам.

– Й-и-и-и… – начала она вновь свое любимое занятие. А именно плакать. И плакала она настолько умилительно, хныча и кривя пухлый рот, что совершенно не вызывала раздражения. Наоборот! Мне чуть ли не хотелось плакать вместе с ней! Ведь ненормально, что ребенок столько плачет!

– Ну иди ко мне, иди. Максимка тебя пожалеет, – как любила говорить моя трехлетняя племянница, проворковал я, протягивая к ней ладони и беря малышку на руки.

Та тут же прижалась к моему плечу, продолжая хныкать и лить слезы, словно жаловалась на свою сиротскую судьбинушку и просила о чем-то, да так горько, что на душе кошки скребли.

Неужели скучает по маме?

***

– Что значит, не стоило приезжать?! – возмутилась Надя, которую я с удивлением обнаружил на своем пороге в десять часов вечера. –Мы бы еще вчера прилетели, если бы смогли достать билеты, – бодро проходя в квартиру, сетовала она.