У Булочки всегда были проблемы с головными уборами.

Прогулка вышла чудесной, погода баловала, но смотрел я вовсе не на красивые дома или известные достопримечательности. Всем моим вниманием безраздельно завладели мои вредины.

Я влюбился. Теперь я уже точно понимал это. Окончательно и бесповоротно влюбился в свою невинную, открытую девочку, чья улыбка теперь постоянно обращалась ко мне. Она улыбалась так доверчиво, что я боялся увидеть в ее лице те чувства, которых нет на самом деле.

Вдруг… Вдруг с ее стороны это просто благодарность? Ведь я не давал Даше выбора.

Она со мной не по доброй воле, а ввиду вынужденных обстоятельств. А если бы я ее освободил от всего: от брака, от Булочки, от себя…

Что бы она сделала?

– Максим! Максим! Ты меня слышишь? – позвала меня Даша, сморщив лоб. Я не хотел портить ей настроение, чтобы она видела, что я задумался о чем-то, ее отпуск должен стать незабываемым приключением, которое она запомнит на всю жизнь.

– Боюсь тебя потерять среди этой толпы, поэтому я сосредоточен, – ответил я ей первое, что пришло в голову.

Когда мимо проходили толпы туристов, я прижимал к себе своих девочек, чтобы их ненароком не задело.

Оказывается, любовь – очень многогранное чувство. Это и страсть, и удовольствие, и забота. Но главное – это желание сделать объект любви счастливым.

– Не хмурься! – улыбнулась Даша и положила мне на лоб два пальца. – У тебя тут появляются морщины.

– Слушаюсь, – шутливо отдал я честь, смотря на малышку, которая от множества людей вокруг сначала пришла в восторг, а теперь, кажется, уставала. – Давай положим ее в коляску и поедем уже до твоей любимой башни.

– О! Максим! Смотри! – воскликнула Даша и побежала к прилавку с сувенирами.

 – Здесь брелки, магнитики и шары!

– Твоя мама – сущий ребенок, – доверительно сказал я Булочке, которая, естественно, потянулась всем корпусом за Дашей и блестящими штучками.

Даша

– Что тебе нравится больше всего, Даш? Выбирай, – обратился ко мне Максим, подходя вместе с Булочкой. Малышка сразу потянула руки к сувенирам. А я… Хотела их все! Хотела на память и брелоки, и магнитики, и шары, и открытки…

– Айа! – не могла угомониться Булочка, пока не получила в руки заветный брелок в виде Эйфелевой башни.

Пока она с ним игралась, вышло незаметно надеть ей на голову панамку, которую она незамедлительно скинула с себя.

– В кого ты такая вредная? – усмехнулся Максим, поднимая упавший головной убор и отряхивая его. – Наверное, в маму.

– Почему если вредная, то сразу в маму? Может, в папу? – вступила я в спор, возмутившись такой несправедливостью. – И я вовсе не вредная.

– Хорошо, пятьдесят процентов – в маму, пятьдесят – в папу. Будем считать, что мы оба вредные, – сразу пошел на попятную Максим.