Но гоняться за ним было совершенно бессмысленной затеей.

Так что я решил использовать приманку.

Я достал из-под рубашки родовой перстень. Древний артефакт рода Аквилонов, единственная семейная ценность, которую удалось сохранить.

Я начал медленно вливать в него свою энергию. Не слишком много — иначе существо испугается такой концентрации силы. Но достаточно, чтобы артефакт стал невыносимо притягательным для любого, кто относился к водной стихии.

Капля воды внутри кристалла засветилась мягким голубым светом, перстень начал излучать ауру, которая для водных существ была как запах свежеиспеченного хлеба для голодного человека.

Насчет голода я не сомневался. Энергия в русалочьих камнях была «сырой», примитивной. Вора спугнули, иначе бы русалочьи камни были пустыми. Но стоит горе-механикам уйти, как остатки энергии будут поглощены, а «Ласточка» застрянет без движения, пока какое-нибудь ремонтное судно не доставит новый комплект артефактов.

Сняв перстень с цепочки, я положил его на пол в центре отсека.

Теперь самое сложное. Спрятаться.

«Покров тумана», древнее заклинание маскировки, не использовалось, наверное, уже сотни лет.

Еще бы, ведь куда проще спрятаться за каким-нибудь артефактом невидимости. Но у меня артефактов не было, зато память Архимага хранила сотни «устаревших» техник.

Я растворился в тенях за трубами, став частью полумрака технического отсека. Даже дыхание замедлил до минимума. Теперь оставалось только ждать.

Прошла минута. Две. Пять. Существо было осторожным. Видимо, не первый раз сталкивалось с ловушками или просто обладало развитым инстинктом самосохранения.

Потом из всех щелей начала стекаться вода. Сначала отдельные капли, потом струйки, которые собирались в единый поток.

Лужица приближалась к перстню медленно, с остановками, словно принюхиваясь к опасности.

И тут произошло чудо.

Вода начала подниматься, принимая форму. Сначала обозначилась крошечная головка с круглыми ушками-капельками, потом появились лапки — четыре полупрозрачные конечности, каждая не толще карандаша. И наконец хвостик, длинный, сужающийся к концу, как у настоящей выдры.

Это был не элементаль, а куда более редкое и удивительное создание. Водный дух, только, судя по размеру совсем юный.

Существо было не больше моей ладони, полупрозрачное и переливающееся всеми оттенками воды, от кристально чистого до глубокого синего там, где тельце было плотнее. Крошечная водяная выдра села на задние лапки и наклонила головку набок, разглядывая перстень огромными темными глазками-бусинками. Они были единственной «твердой» частью существа — два крохотных кристаллика, в которых отражался свет.

Нос, если можно так назвать заостренный кончик мордочки, подергивался, явно улавливая магическую ауру.