Надо же, так разволновался. А ведь собирался пропускать это «пойло» в продажу. Забавное противоречие, если подумать.

— Интересно, — заметил я с лёгкой улыбкой. — Вы готовы позволить мне торговать этой водой, но сами боитесь её пить. Предлагаю не усложнять жизнь друг другу. Я не стану рассказывать о вашем интересном подходе к проверке качества, а вы позволите мне спокойно её продать.

Инспектор сдулся как проколотый воздушный шарик.

— Проклятые барыги, — пробормотал он, отступая. — Одни психи среди вас. Торгуй, пока я не передумал!

С этими словами он поспешно удалился.

Эта встреча была показательной. Инспектор явно знал о проблеме с водой больше, чем говорил. Хотя, возможно, он и сам не понимал настоящей природы угрозы, просто закрывая глаза на ситуацию и получая свою долю. «Если не я, так другой».

Чтобы узнать больше о ситуации, я решил пройтись по местному рынку. Оставив фургон под присмотром сонных сторожей, я направился к пристани, откуда доносился гомон множества голосов.

Речной порт оказался неожиданно внушительным для такого скромного городка. Несколько деревянных причалов, ощетинившихся чугунными кнехтами, выдавались в реку по обе стороны от каменной набережной.

К ним были пришвартованы разнообразные суда — две-три баржи с полупустыми трюмами, десяток рыбацких лодок, и даже ветхий водоход с облупившейся краской и следами многочисленных ремонтов. Судя по всему, он уже давно превратился в плавучий склад.

Спорю на империал, что там полно контрабанды.

У края пристани возвышался дощатый киоск с вывеской «Билетная касса».

За прилавком скучающая круглолицая девица в чересчур тесной для роскошной фигуры форменной блузке, лениво листала глянцевый журнал.

Возле её окна были приколоты листки с расписанием движения речного транспорта и ценами на билеты. Движение здесь было довольно оживлённым, что мне и требовалось.

От пристани к центру города тянулась широкая мощёная улица, по обеим сторонам которой раскинулся рынок. Ближе к воде торговали рыбой — длинные ряды крытых лотков с нагромождёнными на них мокрыми тушками всех размеров и видов.

Продавцы, в основном коренастые мужчины и крепкие женщины в кожаных передниках, громко зазывали покупателей, расхваливая свой товар.

«Самая свежая», «только что из реки», «такой нигде больше не найдёте» — обычные байки, которые отнюдь не всегда подтверждались видом, а особенно запахом товара.

Чуть дальше стояли аккуратные крытые ларьки с промышленными товарами — тканями, посудой, инструментами, скобяными изделиями. Здесь покупателей было меньше, но и товар предназначался для более длительного выбора.