– Да? Из-за тебя у него на плече синяк? И квартиру его тоже ты обыскивала? Но зачем?

– Да как же, – ответил вместо Семицветовой Голиков. – Вы же вытащили из тайника все бумаги, касающиеся ее мужа. Она не могла допустить, чтобы они оставались у вас. Не только свидетелей, но и бумаги следовало уничтожить.

– Что же они раньше эти бумаги не уничтожили? – спросила Леся.

И так как Хватунов и его дамы молчали, то отвечать снова пришлось Голикову.

– Сначала они их хранили на всякий пожарный случай, – сказал он. – А когда началась эта свистопляска с кредиторами, они попросту лоханулись. Слишком много на них всего навалилось. И господин Хватунов, покидая в спешке свой офис в «Орионе», элементарно забыл о бумагах в тайнике.

– А потом они пытались их вытащить?

– Вот тут-то мы и подходим к нашему пятому трупу, – сказал Голиков.

– Да, в самом деле, мы совсем забыли о том сердитом господине, который перевернул все в нашем офисе, – подхватила Кира. – А он за что пострадал?

– Этот бедолага вообще оказался самым крайним во всей этой истории, – сказал Голиков. – Вся его вина была в том, что он очутился не в тот час и не в том месте.

– А поподробней? – спросила Леся.

– Извольте, – ответил Голиков. – Но сразу вам скажу, что этот человек вообще никакого отношения к этим преступлениям не имеет. Он явился в «Орион» за своим другом.

– А разве его друг не был тем самым – нашим первым покойником? – изумился Борисов.

– Вовсе нет, – покачал головой Голиков. – Первый и второй убитые в вашем офисе были даже заочно не знакомы.

– А кто же такой этот Мишаня, из-за которого у нас теперь сломана кофеварка? – спросила Кира.

– В конце концов мы с помощью милиции установили личность убитого в вашем офисе человека и выяснили, что Мишаня – это, скорей всего, его родной брат, отправившийся через «Орион» в прошлом месяце в экстремальный тур по Амазонке.

– И что? Этот Мишаня тоже погиб?

– Да нет же, вовсе нет, – заверил ее Голиков. – Просто с их группой уже неделю нет связи. Вот брат и заволновался. С женой брата отношения у них были натянутые. Он и подумал, что баба нарочно сплавила мужа от себя подальше, чтобы он там сгинул.

– И явился разбираться? – спросила Кира.

Голиков кивнул."

"– Вы оставили его в холле, он очнулся и сунулся обратно. На его беду там уже орудовала эта троица. – И он указал рукой на Хватунова и женщин. – Они не могли оставить свидетеля в живых. И прикончили бедолагу.

– Мы не хотели! – снова завелся Хватунов. – Но он попер, как бык. Что было делать? Вот Алина и дала ему по затылку.

– Замолчи! – сердито зашипела на него жена. – Совсем сдурел? Чего болтаешь?

– А я-то его еще раньше кофеваркой по башке огрела! – расстроилась Кира.