И тем более непонятно, какого черта она не может тебе дозвониться, чтобы сообщить про съемку для журнала.

- Какую съемку? - растерянно спрашиваю, потому что я-то про это точно не договаривалась.

- Которую сделают, чтобы как-то объяснить тот факт, что вы тайно поженились. Она пройдет завтра. Так что будь добра - не забудь привести себя в порядок и заказать нужный наряд. Лариса все детали сообщит.

- А если я не хочу?

- Твои “хочу” пусть удовлетворяет муж, - отрезает он. - Все, некогда мне с тобой нянькаться. Еще в клинику ехать.

- Что?! А я? - шокированно вскидываюсь и подбегаю к отцу. - Ты почему не предупредил? Я быстро соберусь!

- Ты никуда не поедешь, - чеканил папаша.

Я моргаю пару раз, прежде чем понять его слова.

- Ты, что, запрещаешь мне навестить маму? - тихо уточняю, чтобы как-то сложить картинку, которая разваливается у меня на глазах.

- Сейчас это неуместно. После свадьбы устроим ваш с Мироном визит вместе с журналистами. Лариса одобрила этот план.

- Неуместно навестить мать, серьезно? - вот теперь я начинаю по-настоящему злиться. Мне больно. Как он может так поступать? Мама, она ведь… Она же ему жизнь спасла! Заслонила собой, когда в него стреляли. Хотя я все чаще начинаю думать что зря она это сделала. И в итоге теперь мама до конца дней останется “овощем”, как говорит отец. А я все равно надеюсь, что, может, в очередной раз приду к ней навестить, и она вдруг улыбнется мне, узнает.

Но, к сожалению, визиты к ней строго регламентированы - ее душевное состояние очень неустойчиво. Поэтому навещать ее я могу очень редко и только в сопровождении отца.

- Я все сказал, Варя. Сейчас не время!

Хватаю его за руку и пытаюсь удержать. В итоге не удерживаюсь и приземляюсь на колени. Это довольно болезненно, но внутри мне куда больнее.

- Пап! Пожалуйста! Возьми меня с собой! - Отец мрачно смотрит - в его глазах презрение и какая-то злость. - Я умоляю тебя, - всхлипываю. Понимаю, что если сейчас не смогу поехать, то потом маму смогу увидеть, только когда эта Лариса выберет подходящее время.

- Встань, - тихо цедит он.

Но я упрямо мотаю голов, еще крепче цепляясь за его ладонь.

- Пап, я тебя прошу… Возьми меня тоже. Я так скучаю по ней. Мне же ее не хватает… Ну, пожалуйста, ты же знаешь… Я умоляю тебя…

Он все же выдергивает свою руку, а затем, замахнувшись, влепляет мне пощечину. Да так, что у меня в ушах звенит. Щека горит, а в голове становится пусто.

Только одна мысль - он меня ударил.

Впервые.

И где-то издалека холодные бездушные слова:

- Хватит унижаться, Варвара. Вспомни, кто ты такая и перестань вести себя, как дешевая шлюшка, готовая дать за дозу. Ты - алмазная принцесса. Барская.

А следом слышу голос мужа:

- Что здесь происходит?!

- 19 Мирон -

То, как Варя заперлась в спальне, меня не удивило. Позабавило, да.