Заводят, хотя, кажется, я и так на пределе - все механизмы едва вывозят то, что происходит.

- Мирон… - всхлипываю, чувствуя его пальцы в себе. И то как он ловко находит особенно чувствительные места, меня снова поражает.

- Да, киса… Это не сложно - просто скажи…

- Пожалуйста…

Он недовольно цокает языком, забрасывает себе за спину одну мою ногу, а затем шлепает ладонью по ягодице. Вздрагиваю и шокировано смотрю на него.

- Как еще учить непослушных девочек? - довольно ухмыляется он и дарит еще один крышесносный поцелуй. - Ну, скажешь сама? Или еще хочешь получить по попке?

- Ты… Ты… - возмущения заканчиваются, как только он снова начинает двигать пальцами.

- Что я?

- Трахни меня, - сдаюсь и смущенно выдавливаю эти слова.

- Что? Детка, я не разобрал как-то. Давай-ка увереннее. Что тебе хочется? Я все тебе дам. Только попроси.

- Трахни меня уже, - требую, пытаясь поймать ускользающее удовольствие. - По-настоящему.

- Как скажешь, сладкая, - довольно скалится он, и, наконец, оказывается во мне. Его размеры по-прежнему слишком для меня. Поэтому первое проникновение еще немного болезненно. И то с какой осторожностью муж двигается, как замирает, вглядываясь в мое лицо, вызывает у меня неконтролируемую нежность.

- Варя, ты слишком узкая, - хрипит он. - В тебе так обалденно, ты даже не представляешь…

Я кайфую с этих слов. И мне нужно совсем чуть-чуть, чтобы, наконец, отпустить ту пружину, которая все это время держится в напряжении. Мне так хорошо, что я не сдерживаюсь, стону в голос. И даже не сразу понимаю, что Мирон уже довольно жестко вколачивается в меня, пока я продолжаю плыть на волне удовольствия, расслабляюсь и снова кончаю.

А следом и Мирон.

Мы оба лежим, дышим тяжело и шумно. Смотрим в глаза, и я впервые за это время не вижу во взгляде мужа холод. Он мягко улыбается и проводит носом вдоль моего виска.

- Не знаю, что тебя заставило прийти ко мне, но делай это почаще…

Счастливо улыбаюсь, но молчу. Просто нет сил объяснять. Позже. Обязательно.

В этот момент раздается пронзительный писк сигнальной сирены…

- Что это? - смотрю на Мирона. Тот мгновенно подрывается. На лице напряженное выражение, а от расслабленности не остается и следа.

- Пока не знаю, - отвечает он, подхватывая одежду. - Оденься.

Судорожно собираюсь ту и кое-как привожу себя в порядок.

- Варя, иди наверх.

- Что? Но почему?

- Иди наверх! - уже не просит, требует муж. - Неясно сказал?

Его грубость задевает. Особенно после того, что случилось между нами.

- Варя, пожалуйста, не упрямься, - добавляет уже мягче.

- Это сигнализация сработала, да? Что-то случилось?

- Я все выясню и расскажу. Договорились?

Он оставляет легкий поцелуй у меня на губах, разворачивает к лестнице и подталкивает, не давая возможности задержаться.